| 51 | После перестрелки Кристина решает временно закрыть конюшню и усилить охрану. Эстебан демонстративно ночует в конюшне «ради безопасности». Акасия благодарит его — и впервые позволяет себе слабость рядом с отчимом. Улисес это видит и отстраняется, решив бороться только доказательствами против Данило и Норберто. |
| 52 | Эктор приносит прокурору копии страховых платёжек. Юлиана прячет оригиналы в монастыре. Норберто пытается купить молчание священника через пожертвование, но получает отказ. Эстебан ловит момент и убеждает Акасию, что «друзья» матери используют семейную трагедию для карьеры. Девушка запутывается ещё сильнее между благодарностью и подозрениями к Эктору и Улисесу. |
| 53 | Ана даёт показания о торговле людьми, называя Данило и его прикрытие. Тот переходит к угрозам открытым текстом. Герман с Луисой прячут Ану у художников. Кристина просит дочь не выходить одна. Акасия нарушает запрет и едет на встречу с Улисесом — по дороге её «случайно» перехватывает Эстебан. Он мягко увозит её домой, превращая заботу в контроль. |
| 54 | Мануэль, загнанный долгами, принуждает рабочих к сверхурочной вырубке. На лесопилке происходит несчастье — травмируется подросток. Герман сообщает об этом прессе. Норберто обвиняет старшего сына в «предательстве семьи» и клянётся раздавить его мастерскую вместе с художниками, которые прячут Ану от Данило и полиции одновременно под угрозой расправы. |
| 55 | Кристина в отчаянии: чем больше она держит расстояние с мужем, тем сильнее Акасия липнет к его защите. Эстебан ловит момент и говорит Кристине, что «готов уйти, если так будет лучше». Мать просит его остаться ради спокойствия дочери. Ночью Акасия признаётся ему, что боится, как в детстве, остаться без «стержня» в доме Бенавенте — и этот страх становится для Эстебана рычагом влияния на её решения и чувства. |
| 56 | Юлиана приносит Эктору флешку с записью разговора про подрезанную подпругу Алонсо. Ночью взламывают мастерскую Германа; воруют картины и документы. Улики чудом спасает Луиса. Норберто возвращается домой как невиновный, а утром находит на воротах фразу «убийца» — деревня начинает шептаться вслух, что случилось на самом деле в день гибели Алонсо на овраге ранчо Бенавенте много лет назад. |
| 57 | Улисес собирает свидетелей против Данило и договаривается об облаве с полицией. Эстебан предупреждает Данило, чтобы война отвлекла всех от страховки Алонсо и его собственных манипуляций в доме. Акасия становится свидетелем встречи Эстебана с неизвестным — он объясняет, что «координирует охрану». Девушка впервые соврала матери, прикрывая отчима перед Кристиной и Эктором, которые проверяют любые ночные вылазки в округе теперь официально и с охраной тоже. |
| 58 | Облава на склад с «живым товаром» срывается — кто-то предупредил Данило. Эктор понимает: в полиции есть утечка. Кристина требует у мужа список всех людей, кто имел доступ к плану операции. Эстебан подсовывает подставной номер охранника. Того задерживают, а истинный источник слива остаётся в тени. Улисес обвиняет Эстебана в двуличии, но доказательств мало, и Акасия встаёт на сторону отчима, разрываясь между прошлой любовью и нынешней зависимостью от его «защиты». |
| 59 | После срыва операции Данило исчезает, но присылает Акасии записку: «ты тоже мне должна». Эстебан под предлогом безопасности забирает у неё телефон и даёт «семейную» сим-карту. Кристина замечает, что муж переступил границы. На глазах у всех Эстебан возвращает телефон — будто извиняется, а ночью включает переадресацию, чтобы контролировать все звонки падчерице тайно и без её согласия в доме и на выездах в округе тоже теперь постоянно. |
| 60 | Юлиана решает дать официальные показания против мужа. Норберто взбешён; Мануэль, чтобы «спасти отца», подписывает кабальный договор с поставщиками. Герман предлагает брату выйти из-под влияния отца — в ответ получает кулаком и проклятия. Акасия в приступе ревности к Эктору впервые срывается на мать: «ты заменила папу и мужа, а теперь хочешь заменить и меня». |
| 61 | Кристина объявляет «новые правила»: раздельные комнаты, полный доступ к бухгалтерии, никаких тайных выездов. Эстебан принимает видимо спокойно. С Улисесом он устраивает «мужской разговор» и под запись провоцирует парня на драку. Отрывок попадает в сеть — Улисеса объявляют агрессором. Акасия, стыдясь, просит его «не приходить пока» на Бенавенте, чтобы не усугублять конфликт с матерью и мужем, который держит дом и охрану у ворот вместе с ключами и паролями камеры тоже теперь один в руках фактически продолжает контролировать всех и всё в имении. |
| 62 | Ана тайком устраивается официанткой под другой фамилией. Данило вычисляет её по татуировке и похищает вновь. Герман обвиняет себя и просит Эстебана помочь. Тот соглашается — при условии, что Герман «заткнёт» историю про страховку. Кристина распознаёт шантаж и просит Германа держаться Эктора, а не отчима, чьи «услуги» всегда приходят с долгом и условиями против правды и справедливости в деревне и семье тоже теперь слишком очевидно для неё самой и родителей тоже стало видно, как он манипулирует всеми вокруг ради власти и влияния на Бенавенте. |
| 63 | Прокурор вызывает Норберто на очную ставку с Юлианой. Тот теряет самообладание и грозит ей прямо в кабинете. Запись угрозы фиксируется. Мануэль, видя, как рушится «империя» отца, предлагает сделку Эстебану: «прикрой — а я отдам тебе пилораму». Эстебан не отказывается, но просит время. Акасия замечает, что отчим вдруг интересуется лесом Норберто больше, чем конюшней семьи и её собственным расписанием занятий и выставок лошадей теперь тоже по его контролю каждый день расписано до минуты без права на свободный выход в город без охраны и его личного разрешения в домовой книге у ворот отмечают те выезды тоже теперь. |
| 64 | Улисес с друзьями находит явку Данило. При попытке спасения Аны завязывается драка; девушку удаётся вытащить, но она в шоке и молчит. Данило сбегает, оставив телефон с контактами. Эктор передаёт аппарат в прокуратуру. Эстебан ночью пробирается в кабинет Кристины и фотографирует распорядок дел, чтобы опережать её шаги и выглядеть незаменимым хранителем порядка на Бенавенте перед людьми в округе и партнёрами по бизнесу семьи тоже теперь уверенно и холодно ему удаётся перехватывать любую инициативу хозяйки дома. |
| 65 | Акасия просит у матери свободы — хотя бы ездить в город одна. Кристина соглашается, но предупреждает: «держись подальше от Данило и от отца Мануэля». В городе Акасию поджидают люди Норберто. Эстебан появляется «вовремя», разгоняет их и везёт девушку домой. В благодарности она впервые обнимает его слишком долго — и оба понимают, что переступили черту, после которой семейная жизнь не вернётся к прежним правилам и дистанции в доме и на конюшне тоже уже невозможно будет сделать вид, будто ничего не произошло между ними и их взглядами на крыльце ночью. |
| 66 | Кристина замечает холод дочери к Улисесу и просит не играть с чувствами. Акасия защищается: «ты сама не знаешь, чего хочешь — Эстебан или Эктор». Слова режут. Кристина плачет у родителей и признаётся: боится потерять дочь окончательно, если разрушит семью. Дон Хуан Карлос советует — «лучше горькая правда, чем дом на лжи». Он решает сам проверить алиби Эстебана в день гибели Алонсо, вспоминая детали седла и следы в овраге той ночью, когда погиб их зять и муж Кристины много лет назад именно там. |
| 67 | Юлиана получает повестку в суд по делу страховки. Норберто пытается увезти Мануэля «на контракт» в другой штат, чтобы вывести сына из-под удара и давления прессы. Герман не даёт, встаёт грудью. Между братьями драка превращается в исповедь: Мануэль завидовал Герману всю жизнь, а тот лишь хотел брату свободы. Они расходятся врагами. Эстебан ласково утешает Акасию после семейного скандала соседей — и впервые целует её. Девушка отталкивает его, а потом возвращается — и принимает поцелуй, ломая собственные табу и память об отце Алонсо, чью гибель она всё ещё переживает внутри себя в доме матери и в конюшне каждый день рядом с ним же теперь в образе отчима одновременно странно и пугающе близкого ей человека. |
| 68 | Сразу после поцелуя Акасия требует: «никогда — при маме». Эстебан соглашается и начинает строить «безопасные окна» — короткие встречи в конюшне и на выездах. Кристина, не зная истинной причины, видит, как дочь снова задерживается в конюшне по ночам, и решает закрыть доступ после 22:00. Эстебан даёт дубликат ключей падчерице. В деревне рождаются слухи: кто-то видит тень женщины в окне конюшни рядом с ним поздно ночью, и имя дочери хозяйки звучит в шёпоте помимо её воли и желания сохраниться незамеченной теперь уже почти невозможно. |
| 69 | Эктор добывает распечатки звонков и выходит на полицейского-«крота». Того снимают с должности. Облавы на сеть Данило возобновляются. Данило в ответ посылает людям Кристины «привет» — подожжённый сарай. Пожар тушат быстро, но страх возвращается. Эстебан героизируется, а в душе бесится: всякий кризис сближает его с Акасией, но увеличивает риск, что правда всплывёт через чужие глаза и случайный жест в темноте у ворот или в коридоре дома Бенавенте ночью, когда он выходит из её комнаты. |
| 70 | Мануэль срывается и публично унижает Луису. Герман заступается; между братьями окончательный разрыв. Юлиана просит у Кристины убежища на Бенавенте. Кристина соглашается — и Эстебан злится: лишние глаза в доме. Акасия ревнует мать к Эктору и одновременно прячет собственную тайну. На ночь она просит Эстебана не подходить — «слишком опасно». Он обещает… и всё равно приходит на несколько секунд, чтобы убедиться, что она «в порядке», и уходит, оставив аромат колонии в коридоре — Кристина замечает его след и настораживается ещё сильнее, чем прежде. |
| 71 | Дон Хуан Карлос находит старый чек на ремонт подпруги в день гибели Алонсо, оформленный на подставную фирму, связанная с Норберто. Он приносит документ Кристине. Та решает: пора в суд. Эстебан пытается убедить жену «не рвать прошлое», но получает жёсткий ответ: «я обязана правде Алонсо». Акасия в панике — чем ближе суд, тем сильнее её тянет к Эстебану, будто страх разоблачения парадоксально цементирует связь, которую она сама не может объяснить и остановить, хотя и понимает, что разрушает мать и себя одновременно каждым встречным взглядом и шагом в темноте конюшни рядом с ним теперь. |
| 72 | Данило через подкупленного врача оформляет выписку Аны «по собственной воле». Девушка исчезает из укрытия художников. Луиса винит себя. Герман обещает найти её и не сдаётся. Эстебан, чтобы отвлечь внимание, организует «нападение» на себя — порез на руке — и демонстрирует синяк, будто отражал чью-то атаку. Кристина переживает и мягче с ним разговаривает; Акасия — ещё сильнее привязана к его телу и голосу, видя его «уязвимым» и «мужественным» одновременно под одной маской защитника и преступника внутри, о чём она не знает до конца, но чувствует кожей и дыханием рядом. |
| 73 | Суд по страховке принимает к рассмотрению улики Юлианы и Эктора; Норберто — под подпиской о невыезде. Мануэль срывается на пьяную гонку и врезается в грузовик. Герман вытаскивает брата из машины. Тот жив, но сломан — внутренне и буквально. Эстебан пользуется хаосом, чтобы оформить через доверенное лицо опцион на пилораму Норберто «в случае форс-мажора». |
| 74 | Акасия узнаёт о покупке опциона и шантажирует Эстебана: «если ты разрушишь соседей, я скажу маме всё». Он впервые пугается, но вместо отступления шепчет ей на ухо, что сделал это ради её безопасности и будущего хозяйства. Девушка сдаёт позиции: её страшит власть Эстебана и одновременно притягивает ощущение, что он «видит» её и «любит» сильнее всех. Этот мираж затягивает её глубже, чем она готова признать даже себе перед зеркалом в комнате и в конюшне ночью, где она встречается с ним тайком теперь всё чаще и чаще против воли и совести своей и матери. |
| 75 | Кристина находит в телефоне Эстебана странные удалённые вызовы на номера, связанные с охраной и дорожной полицией — в дни, когда «вовремя» происходили спасения Акасии. Она делится подозрениями с Эктором. Тот советует установить наблюдение. Питер-камердинер из дома соседей сообщает: в деревне всё чаще шепчутся, что «на Бенавенте что-то нечисто». Кристина понимает: тайна проникла в стены её дома и отравляет всех — от родителей до людей в конюшне и кухне тоже теперь каждый день слышат шёпот и косые взгляды на хозяйку и её дочь. |
| 76 | Улисес приносит Акасие снимки камер с заправки: в ночь срыва облавы машина Эстебана была рядом со складом Данило. Акасия рвёт снимки и велит забыть. Улисес не сдаётся и идёт к Кристине. Та слушает и просит время. Ночью мать встаёт у дверей дочери — и слышит, как та шёпотом прощается с кем-то в коридоре. Кристина выходит — коридор пуст, но на ковре отпечатки мужских ботинок из конюшни и влажный след колонии, которую носит её муж, остаётся в воздухе и в сердце хозяйки дома как первый настоящий крик тревоги и боли за дочь. |
| 77 | Данило объявляется вновь и требует у Норберто денег за молчание. Тот платит, но тайно записывает встречу. Эстебан перехватывает копию и прячет, чтобы управлять обоими. Ана тем временем решается вернуться и дать публичные показания, чтобы сломать цикл страха. Луиса держит её за руку в зале ожидания, где журналисты ждут громкой истории, а прокурор — конкретных фактов и имён из её уст наконец. |
| 78 | На дороге возле лесопилки загадочная авария: груз падает на Мануэля. Он выживает, но теряет возможность работать как прежде — травмирована рука. Все кивают на «случайность», но Улисес подозревает подставу. Эстебан втайне доволен: самый буйный из соседей обезврежен. Акасия плачет — ей жаль Мануэля, но ещё сильнее страшно от себя самой, потому что в тот же вечер она снова ищет объятий отчима, будто лишь рядом с ним может спрятаться от собственной вины и от мира одновременно, и не видеть, как рушатся жизни вокруг их тайны теперь уже необратимо каждый день глубже и глубже. |
| 79 | Кристина просит Эстебана переехать в гостевой дом «до окончания суда и следствия». Он отказывается и переводит разговор на безопасность Акасии. Эктор крупно ссорится с Кристиной: «пока он в доме — правды не будет». Дон Хуан Карлос убеждает дочь не тянуть. Кристина обещает себе: как только посадят Норберто и Данило, она разберётся с мужем, даже если это разрушит всё, что они строили годы после гибели Алонсо в долине и в доме Бенавенте вместе когда-то из страха и нужды, а теперь уже из привычки и лжи тоже приходится держать. |
| 80 | Ана в зале суда рассказывает о сети Данило и его связях. Прокуратура берёт бандита под стражу. Данило успевает крикнуть Акасии: «ты заплатишь». Эстебан рычит на охрану: «двойной периметр». Ночью он приходит к Акасие «успокоить» — и впервые слышит от неё: «если мама узнает, я умру». Он обещает, что этого не случится, и целует её ладонь. В дверях их видит тень — кто-то из прислуги. Утром слух о «ночном госте» дочери хозяйки уже шепчут на кухне и у конюшни, и скрывать следы становится всё сложнее с каждым днём теперь. |
| 81 | Юлиана на суде по страховке даёт убийственные показания против Норберто. Тот в ответ обвиняет её в «мести любовника». Судья назначает дополнительную экспертизу подпруги. Эктор добивается допуска независимого мастера-берейтора. Эстебан нервничает: чем ближе экспертиза, тем больше риск вскрытия «красной куртки» и его ночных маршрутов в день гибели Алонсо на склоне оврага возле реки, где всё началось несколько лет назад и где он поставил первую ложь в этой семье, которая теперь душит всех в доме. |
| 82 | Кристина замечает синяк на запястье дочери. Акасия врёт, что упала с лошади. Мать не верит. Пытается поговорить с Эстебаном — тот переводит стрелки на Улисеса: «он давит на неё своей навязчивостью». Вечером Кристина ставит скрытую камеру у коридора комнаты дочери. Эстебан замечает разработку и на время отступает, перенося «окно» встреч в манеж — туда камер нет, и он чувствует себя хозяином пространства и времени рядом с падчерицей, которую он уже считает «своей» без права и стыда, и это пугает его самого, но не останавливает больше вовсе. |
| 83 | Улисес приносит Кристине флешку с копией старой записи заправки — на ней отчётливо видно авто Эстебана у склада Данило. Кристина просит сутки, чтобы «подтвердить». Она едет к заправке — управляющий подтверждает дату. Возвращаясь, она видит, как Эстебан выходит из манежа, а следом — её дочь, поправляя волосы. Кристина замирает: пазл складывается в страшную картину, которую она не хотела видеть до последнего часа, и её сердце стискивает боль, сильнее чем в день смерти Алонсо, потому что теперь враг — внутри её дома и семьи, а не за воротами и в округе только, как она думала прежде все эти годы… |
| 84 | Кристина не устраивает сцен — она собирает документы, ключи и людей. Эктор предлагает немедленно увести Акасию к бабушке и деду. Мать боится сломать дочь и решает подготовить разговор. Ночью она зовёт Акасию на кухню и спокойно говорит: «Я всё знаю. Я люблю тебя и ненавижу то, что он сделал с нами». Девушка рыдает, клянётся, что «это любовь». Кристина отвечает: «Любовь не прячут по углам и не крадут у матери» — и просит её переехать на время. Акасия отказывается. В дверях появляется Эстебан — «что за допрос?» — и дом взрывается первым открытым конфликтом втроём за весь сезон, где каждый говорит правду как может, но никто не слышит другого по-настоящему. |
| 85 | Эстебан бросает на стол Кристины ключи и орёт, что «его выдавливают из дома, который он спас». Кристина велит ему уйти из спальни навсегда. Он уходит — в конюшню. Акасия пытается пойти за ним; мать останавливает: «сделаешь шаг — потеряешь меня». Девушка остаётся и всю ночь смотрит в окно на темную крышу манежа, где стоит его силуэт, и не может решить, кого она предаст утром — себя, мать или его, и есть ли вообще выбор, если ложь уже съела их всех до костей и крови внутри этой семьи без остатка почти. |
| 86 | Экспертиза подтверждает вмешательство в подпругу Алонсо. Суд санкционирует арест Норберто. Он пытается бежать и просит помощи у Эстебана — «скажи, что я не при делах». Эстебан отказывает. Юлиана видит, как мужа уводят в наручниках, и, плача, благодарит Кристину. Акасия слышит: «теперь очередь правды об Эстебане». Она бледнеет: теперь выбор неизбежен, и каждая секунда тянется как вечность между любовью к матери и зависимостью от отчима, который держит её сердце и страх одной рукой крепко и не отпускает совсем. |
| 87 | Данило переводят в изолятор, но по дороге крутит охрану и сбегает. В тот же вечер кто-то бросает камень в окно комнаты Акасии. Эстебан кричит: «это Данило», и увозит девушку в дальнюю хижину на краю владений «пересидеть». Кристина в бешенстве — она не давала разрешения. Эктор вызывает полицию. Улисес по наводке Германа находит хижину и стучит в дверь; Эстебан встречает его дробовиком. Акасия в панике встаёт между ними. Выстрела нет — приезжает патруль. Эстебан покрывает всё словами о «безопасности». Полиция уезжает, оставив всем горький осадок и резкую трещину в доверии к нему теперь на виду у целой деревни и семьи Бенавенте тоже. |
| 88 | Кристина объявляет в доме «антикризис»: охрана подчиняется только ей, Эстебан теряет доступ к радио и коду ворот. Он улыбается, но собирает чемодан в конюшне — «временный выход». Акасия пытается уйти с ним; Кристина умоляет не разрушать себя. Дочь дрожит и остаётся. Ночью она пишет Эстебану: «подожди меня завтра». Его ответ: «я всегда рядом» — как приговор для обоих и для дома, где уже нет тишины и доверия, только слёзы и шаги по лестнице в темноте, где каждый боится встретить другого взглядом и правдой тоже. |
| 89 | Юлиана приносит Кристине записанный когда-то шёпот Норберто: «красная куртка — твой герой», — намекая на Эстебана. Кристина соединяет точки и просит Эктора добыть доказательство из шкафа в конюшне. Он находит ту самую куртку со следами старой крови. Кристина прячет её у себя. Утром она зовёт Эстебана и молча кладёт куртку на стол. Он бледнеет, а потом кивает: «ради тебя и дочери я сделал всё». Слова «и дочери» врезаются в сердце Кристины как нож — теперь она знает, какой «дочери» он это говорит, и что это значит для них троих. |
| 90 | Разговор Кристины и Эстебана превращается в холодный торг: он просит сутки «уйти красиво», без полиции. Кристина отвечает: «у тебя было много лет». В этот момент врывается новость: Данило замечен у школы. Все бросаются туда. Выясняется, это ложный след — отвлекающий манёвр. Вернувшись, Кристина застаёт пустую конюшню и открытую калитку к старому оврагу. Она зовёт Акасию — тишина. Камера у коридора показывает, как дочь ночью вышла к воротам и села в машину Эстебана. Мать понимает: в их историю вошла последняя глава — возвращать дочь придётся из самых тёмных объятий человека, которого она сама впустила в дом ради спасения ранчо когда-то. |
| 91 | Эстебан привозит Акасию в дом за городом — «всё нашёл для нас». Девушка дрожит между страхом и эйфорией. Он клянётся: «никто больше не будет тобой управлять». В это время Кристина с Эктором подают заявление о похищении. Полиция отслеживает платежи Эстебана. Улисес с Германом едут по параллельному следу — по конюшенным поставкам, за которыми тянется цепочка его «серых» фирм, прикрывающих убежища и дороги в пригороде, куда он часто выезжал «по делам» последние месяцы. |
| 92 | В дом врывается Данило с человеком — он шёл по следу Эстебана. Завязывается драка. Эстебан ранит бандита, Данило сбегает, обещая вернуться «за девчонкой». Акасия видит, как два её кошмара готовы убить друг друга из-за неё. Она впервые звонит матери: «мне страшно, забери меня». Кристина просит адрес. Голос Эстебана в трубке: «ещё день — и мы исчезнем». Мать понимает: выбора нет — нужно действовать сейчас и жёстко, без компромиссов и уговоров, иначе она потеряет дочь окончательно в его руках и страхе навсегда. |
| 93 | Полиция берёт дом в кольцо. Эстебан выводит Акасию через задний ход к старому карьеру. На краю — сцена, эхом отзывающаяся гибелью Алонсо: тот же тип подпруги на лошади, то же обрывистое плато. Кристина приезжает раньше патруля, видит их двоих на фоне пропасти и просит дочь сделать шаг к ней. Эстебан шепчет Акасие: «она нас разлучит». Девушка ступает назад — к матери. Эстебан хватает её за руку. Кристина кричит: «Отпусти мою дочь!» — и в этот крик встряхивается вся долина, будто вспоминая первый крик много лет назад у оврага, где погиб Алонсо, и где началась их трагедия. |
| 94 | Эстебан срывается — признаётся, что ненавидел Алонсо за силу и за любовь Кристины, и клянётся, что «исправлял» ошибки. Он тянет Акасию к коню — «поедем». Девушка вырывается и встаёт между ним и обрывом. Подъезжают Улисес и Герман. Эстебан бросается к Акасие — и тут Улисес закрывает её собой. Все замирают. Полиция берёт Эстебана на прицел. Кристина протягивает ему куртку: «вот твоя правда». Он опускает глаза. Клики наручников звучат как финальный аккорд для этой сцены, но совсем не для боли, которая останется в их сердцах надолго после ареста и признаний на камеру и в суде впереди. |
| 95 | Акасию увозят к бабушке и деду. Кристина запрещает ей возвращаться на Бенавенте без терапии. Девушка соглашается на условия матери — впервые без споров. Юлиана посещает Мануэля в клинике, обещая поддерживать, но не прикрывать его жестокости. Герман возвращается к Луисе и благодарит за мужество. Эктор готовит обвинение против Эстебана — убийство Алонсо и препятствование следствию в делах Данило и страховки. Дом Бенавенте пустеет, но это новая тишина — не ложь, а восстановление дыхания стен и людей, которые в нём живут дальше уже по-другому, без ночных шёпотов и тайных ключей в карманах у дверей и манежа. |
| 96 | Данило под угрозой пожизненного пытается заключить сделку со следствием, сдавая подкупленных чиновников и «клиентов». Его переводят в безопасное учреждение. По дороге снова стрельба — попытка устранить свидетеля. Пули отражают бронепластины; конвой цел. Эктор добивается закрытого заседания суда. Кристина настаивает, чтобы имя дочери не звучало в прессе — «Акасия — жертва, а не соучастница». |
| 97 | Акасия начинает терапию: впервые проговаривает, как страх одиночества после смерти отца сделал её уязвимой к власти Эстебана. Психолог говорит о понятии «травматической привязанности». Девушка пишет матери письмо извинения. Кристина отвечает без упрёков, только просьбой «жить дальше» и не наказывать себя всю жизнь за чужую вину и преступления взрослого, который использовал её слабость и доверие, как оружие против семьи и дома, и за это ответит по закону и перед Богом тоже, как верит Кристина и её родители. |
| 98 | Норберто получает срок за страховое мошенничество и угрозы. Мануэль просит у Германа прощения. Братья мирятся — осторожно, без объятий, но честно. Юлиана, свободная от тирана, помогает Ане устроиться легально и закрывает её «старые долги». Луиса открывает мастерскую с классами для девушек из приюта — Ана становится наставницей. В деревню впервые за долгое время приходит спокойствие, похожее на прежнюю жизнь до череды пожаров, перестрелок и криков по ночам у ворот, которые всем будут сниться ещё долго, но уже не ломать дни и решения так, как раньше. |
| 99 | Суд по делу Эстебана стартует. Он молчит, глядя только на Акасию через стекло. Девушка опускает глаза и уходит из зала до начала слушаний. Кристина даёт показания, сдерживая слёзы, но не умалчивая ни деталей, ни боли. Защита пытается представить её «мстительницей», судья пресекает. Эктор выводит последовательность: от кредита Бенавенте до гибели Алонсо, от подстав Норберто до срывов облав Данило — всю сеть, в которой Эстебан держал ниточки, чтобы казаться незаменимым и быть хозяином не только дома, но и судеб людей вокруг себя под маской «защитника» и «управляющего» имением и семьёй. |
| 100 | На перекрёстном допросе Эстебан срывается: «да, я сделал это — иначе вы бы меня никогда не увидели». В зале — тишина. Суд переносит заседание для вынесения приговора. Кристина выходит в сад суда и долго дышит. К ней подходит Акасия. Мать и дочь впервые обнимаются по-настоящему — без лжи и тайных мыслей. На Бенавенте Питер зажигает свет в конюшне, открывает окна и выпускает лошадей в загон — дом снова дышит, потому что в нём перестали прятать тьму под видом заботы и любви. |
