Сериал «Вино любви (Мексика)»

Краткое содержание всех серий

Номер серии	Описание серии
1	История начинается в виноградниках: зрителя знакомят с семьёй Маркоса — трудолюбивого мужчины, который работает среди лоз и ящиков с виноградом, и его близкими. Дочь Лусиана и сын Леон растут буквально «на земле виноградника», а дома — мама Марта, семейные разговоры и планы на ближайшие дни. На фоне красивой «винной страны» задаётся тон истории о семье, надеждах и жизни людей, пытающихся удержать своё место и будущее среди больших денег и чужих амбиций.
2	Лиса пытается поддержать Марту, понимая, что на женщину давят и унижают (в том числе из-за вмешательства Лилианы). Тем временем Хуан едет в миграционную службу к Гутьерресу и пытается «решить вопрос» с документами Маркоса, но чиновник не проявляет сочувствия: для него важнее личная месть за удар и унижение. Появляется Давид — Хуан уверяет, что «всё возьмёт на себя», но в итоге уступает, и Гутьеррес лишь насмешливо фиксирует свою власть. Дома Давид признаёт: Маркос защищал дочь, и теперь нужен адвокат по таким делам; при этом Лилиана присутствует рядом, явно подогревая напряжение и конфликт.
3	Маркос пытается удержать Марту от резких шагов и разъездов: он напоминает, что именно она сейчас зарабатывает деньги, а Леон ходит в школу, и семье нельзя «сыпаться» окончательно. Марта обещает попросить у начальства займ или помощь, но разговор обрывается слишком рано — Маркос не успевает толком объяснить, где находится и что именно происходит. Недомолвки и тревога только усиливаются, а связь между супругами становится всё более рваной и опасной для семьи.
4	Давид вызывает Сесара, когда ситуация с Лисой становится критической: она приходит в сознание, но врач настаивает на срочном визите к гинекологу и дополнительной проверке — тревожные признаки нельзя игнорировать. Параллельно Грасиела проводит время с Хосе: разговоры уходят к перспективе поездки в Испанию и её таланту художницы — ей внушают мысль о новом старте и свободе. Марта молится за безопасность Маркоса и Лусианы, и наконец приходит облегчение: Маркос с дочерью добираются живыми и невредимыми до дома знакомых/родных, хотя обстановка вокруг всё ещё остаётся напряжённой.
5	Лусиана и Маркос видят газетную публикацию о Давиде и радуются, что имя Маркоса там тоже упоминается — для них это знак, что их труд и история не «стерты». Но в доме Давида сгущается беда: Лилиана пытается разыскать Грасиелу и Лису, а Давид мчится к реке и находит машину Лисы, затем её телефон — тревога превращается в ужас. Грасиела возвращается домой в странном, отстранённом состоянии, и Хуан замечает это, что только усиливает подозрения и интриги. Давид обнаруживает Лису в воде, вытаскивает её и в отчаянии пытается реанимировать, но слишком поздно — Лиса умирает. Потрясённый Давид, как в тумане, несёт её на берег, и трагедия становится точкой, после которой прежней жизни уже не будет.
6	Фернанда приходит к Давиду, но он замкнут и не хочет никого видеть: просьбы и разговоры только раздражают его. Она снова поднимает тему Грасиелы и её возможного проживания рядом, но Давид жёстко отказывает; даже когда Грасиела пытается поговорить с ним наедине, он в ярости требует оставить его в покое. На винограднике тем временем назревает управленческий конфликт: Сьюзан пытается связаться с Давидом из-за состояния винограда, но Хуан, пользуясь ситуацией и слабостью хозяина, заявляет, что теперь решения принимает он. Власть постепенно перетекает в чужие руки — и это грозит катастрофой не только бизнесу, но и людям вокруг.
7	Ключевое событие серии — первая встреча Лусианы и Давида: знакомство проходит крайне неудачно, и напряжение между ними вспыхивает сразу, с первых слов и реакций. Лусиана оказывается в положении «вестника беды» и лично приносит Марте тяжёлые новости о Маркосе, из-за чего атмосфера в семье становится ещё более хрупкой. Давид, переживающий собственные потрясения и окружённый манипуляциями, реагирует резко, а Лусиана — слишком прямолинейно, что делает конфликт практически неизбежным.
8	Марта готова извиниться перед Давидом и попытаться хотя бы минимально сгладить острые углы ради спокойствия. Но Лусиана не может молчать: она прямо обвиняет Лилиану в том, что та не изменилась и осталась такой же ожесточённой и язвительной, как прежде. Лилиана отвечает угрозами и холодным расчётом: она уверяет, что «такие, как Лусиана», им не нужны, и что их выдавят так же, как они когда-то появились. Лусиана пытается объяснить: она приехала не устраивать войну, а вернуть семью и собрать людей вместе, но её слова тонут в недоверии и враждебности.
9	Лусиана проясняет ситуацию Мигелю после резонансных событий: она подчёркивает, что между ней и Давидом у реки не было ничего «неприличного» и что она никогда бы не допустила подобного — ни из-за статуса Давида как босса, ни из-за его характера и вспыльчивости. Мигель спрашивает, знала ли она правду о Лисе и о том, что могло привести к трагедии; Лусиана признаёт, что знала, но не хотела никому зла и не «провоцировала» случившееся намеренно. Он напоминает, что Лилиана восприняла всё иначе и будет мстить, и Лусиана отвечает, что ей всё равно, что думает Лилиана — но боится, что удар придётся по её матери Марте. Личные чувства, ревность и страх за близких переплетаются в один узел.
10	Лусиана говорит Марте, что готова собирать вещи и уходить немедленно, чтобы не становиться причиной новых скандалов. Но Марта реагирует болезненно — разговор быстро перерастает в конфликт, где сталкиваются материнская усталость, тревога и стремление защитить дочь любой ценой. Параллельно Леон и Карлос обсуждают свою «невезучесть» в любви: Леон советует Карлосу не торопиться в ухаживаниях за Сьюзан и быть терпеливым. Карлос, в свою очередь, переживает из-за развода родителей и того, как семья буквально раскололась; Леон признаёт, что их родители спорили главным образом из-за поведения Лусианы, и с горечью подытоживает: всё это ничем хорошим не закончилось. Семейные трещины проявляются даже в разговорах молодых.
11	Давид начинает возвращать контроль над домом и виноградником: он открыто встаёт на защиту Марты и Лусианы перед Лилианой и показывает, что решения будет принимать он, а не чужие интриги. Он также не готов продавать виноградник — против сделки выступают и его принципы, и понимание, что вокруг крутятся люди, которым выгоден его крах. Лилиана, проигрывая влияние, переходит к бытовой травле: демонстративно унижает Марту и пробует «сломать» её через мелочи, но Марта выдерживает и предупреждает, что трогать Лусиану опасно. На винограднике усиливается любовный треугольник: Мигель проводит Лусиане экскурсию и сближается с ней, но Давид вмешивается и тоже берётся показывать хозяйство, вызывая ревность. Фернанда слышит разговоры мужчин и болезненно реагирует, понимая, что Лусиана вызывает интерес. Лусиана предлагает идеи по органическому винограду, но Давид реагирует жёстко; даже рабочая сцена у окна превращается в неловкий момент, который застаёт Фернанда, и она требует выгнать Лусиану — Давид отказывает. Отдельной линией идут отношения Сьюзан: свидание с Сесаром, затем неловкость из-за «офисной» атмосферы и признание Карлоса/Тано, который даёт понять, что испытывает к ней чувства, но при этом допускает обидные оценки. На фоне всего этого Фернанда окончательно присоединяется к лагерю «ненавижу Лусиану» и идёт к ней, чтобы заявить об этом прямо.
12	Фернанда приходит к дому Лусианы и устраивает унизительную сцену: оскорбляет её грубыми словами, стараясь при всех обозначить, что Лусиане «не место» рядом с её семьёй. Перла и Карито наблюдают со стороны и подогревают ситуацию, наслаждаясь конфликтом. Фернанда бросает Лусиане главное обвинение: она никогда не заменит ей мать, и Фернанда не позволит сближаться с Давидом. При этом заметно, что на Фернанду сильно влияет её окружение — особенно «взрослые» манипуляции и постоянное подталкивание к ненависти, из-за чего она всё больше зацикливается на том, что происходит в личной жизни отца, вместо того чтобы разобраться в правде.

Номер серии	Описание серии
13	После порчи партии вина отношения в «Ла Санта Крус» накаляются: Дэвид требует объяснений и в ярости подозревает Мигеля, а тот, защищаясь, указывает на Хуана как на возможного виновника саботажа. Виноградник балансирует на грани финансового краха — обсуждаются варианты спасения и сокращения потерь. Параллельно в доме продолжается травля Марты со стороны Лилианы и Сони, и вмешательство посторонних лишь усиливает семейный конфликт и ревность.
14	Соня и Лилиана строят новые интриги против Марты, продолжая давить на неё через детей и домочадцев. Мигель собирает деньги и возвращается к Дэвиду с конкретным предложением: работать вместе с Лусианой, чтобы удержать виноградник на плаву, — из-за этого вспыхивает ревность и разговор о «границах» на работе. Гутьеррес демонстративно поддерживает Марту, чем злит Лилиану. Рамон всё сильнее цепляется за Марту и прямо признаётся в чувствах, вынуждая её сделать выбор между благодарностью и настоящей симпатией.
15	Виноградник обсуждает судьбоносное решение: продавать ли землю и производство или искать способ удержаться любой ценой. На фоне кризиса усиливаются скрытые войны: Хуан действует через угрозы и давление на окружающих, а Лилиана и «девицы» выискивают повод окончательно избавиться от Лусианы и ударить по Марте. В личных линиях растёт напряжение вокруг Сьюзан и её выбора, а также вокруг Леона и Карито — их сближение вызывает сплетни и риск новых скандалов.
16	Лусиана устраивает для Дэвида «прощальную» прогулку по винограднику и маленький пикник с вином и фруктами, чтобы напомнить ему, за что он когда-то любил эту землю. Под влиянием её слов Дэвид решает не продавать хозяйство и искать кредит/залоги, лишь бы сохранить «Ла Санта Крус». Между ними возникает почти интимная близость: Дэвид благодарит Лусиану за то, что она «открыла ему сердце», а она, смущаясь, пытается вернуть разговор к делу. Параллельно Сьюзан и Тано выбираются на свидание и стараются не вовлекаться в грязные игры Хуана и Лилианы.
17	Назревает семейная поездка/выход — и Фернанда резко заявляет, что не намерена участвовать, если рядом будет Лусиана. Лусиана, чтобы не ранить детей, готова уступить и остаться в стороне, но Дэвид неожиданно встаёт на её защиту и настаивает, чтобы она ехала вместе со всеми. Детская непосредственность и разговоры «без фильтра» заставляют взрослых проговаривать то, что они скрывали: ревность Фернанды становится очевидной, а Дэвид всё меньше контролирует свои чувства к Лусиане.
18	Пока Хуан и Перла продолжают липкую «сладкую парочку» и ищут, как повернуть ситуацию в свою пользу, Тано готовит для Сьюзан сюрприз — танцевальную вечеринку, надеясь закрепить их отношения. Лусиана переживает внутренний кризис: она пишет/читает письмо, в котором пытается объяснить Дэвиду свою путаницу и страхи. В это же время Грасиэла укрепляет деловой союз с Дэвидом и сталкивается с Лилианой, демонстрируя, что в доме начинается новая расстановка сил.
19	Во время вечеринки Мигель танцует с Лусианой и открыто говорит, как ему хорошо рядом с ней, — и это видят все. Соня, уже навеселе, позорится на танцполе и добавляет хаоса. В разгар веселья появляется Дэвид: он резко требует Лусиану к себе, и атмосфера мгновенно «умирает». На поверхности всплывают обман и недосказанность: одни разочарованы поведением Дэвида, другие — тем, что Лусиана не ставит точку в треугольнике, а третьи понимают, что интриги Лилианы и Хуана становятся опаснее.
20	Фернанда крадёт серьги, принадлежавшие Лисе, и начинает многоходовую провокацию. Под видом «дружеского разговора» она приходит к Лусиане, просит книги и записи о виноделии, а пока Лусиана отвлекается, подкладывает серьги в её сумку. Дэвид и Мигель обсуждают работу и дисциплину, но Мигель снова напоминает, что он любит Лусиану и не отступит. Грасиэла с Дэвидом обсуждают рекламную идею и название вина «про любовь». Тем временем Гутьеррес приходит к Марте, а Лилиана унижает её при нём — и получает отпор.
21	Лилиана объявляет в доме о «краже» серёг Лисы и устраивает показательный переполох: при всех заявляет, что будут обыскивать вещи работников. Она и её «девицы» демонстративно сверлят взглядом Лусиану, сразу назначая её главной подозреваемой. Марта и Сьюзан в шоке от масштаба унижения, но понимают: это ловушка, чтобы выдавить Лусиану из виноградника и ударить по Марте как по её матери.
22	На фоне продолжающейся охоты на «воровку» параллельно раскрываются закулисные связи: в прошлом Лилиана и Гутьеррес были близки, и этот факт отзывается в настоящем. Фернанда с подругами на коктейлях обсуждают несчастную любовь и подпитывают её обиду на Лусиану. В настоящем Соня внезапно «теряется» — и её отсутствие выглядит подозрительно ровно в тот момент, когда семье нужно показать всем удобного виновного. Ситуация становится нервной: интрига с серьгами способна разрушить доверие Дэвида к Лусиане.
23	Мигель и Лусиана идут через виноградник и говорят о том, что он защищал её перед Дэвидом: Мигель прямо признаётся, что действительно любит Лусиану и даже сказал это Дэвиду. Лусиана реагирует напряжённо — ей страшно, что откровенность Мигеля превратится в рычаг давления и усугубит конфликт на работе и в доме. Именно в этой серии многие начинают говорить вслух то, что долго скрывали: признания запускают цепочку решений и делают последующие столкновения неизбежными.
24	Сьюзан и Тано идут на свидание и пытаются дать отношениям шанс, но Сьюзан сразу предупреждает: Фернанда может устроить скандал, ведь она «дочка босса» и ревнива. Одновременно в доме продолжает зреть «ядовитая» атмосфера: подозрения, подставы и слухи распространяются быстрее фактов, а интрига с серьгами угрожает перерасти в прямое обвинение Лусианы. Линии любви здесь становятся таким же оружием, как и шантаж: любой роман можно использовать против человека.
25	Скандал выходит из-под контроля, когда Лусиане становится плохо, и Марта бросается её защищать. На фоне подозрений в подставе обе женщины получают тяжёлые симптомы: начинаются судороги, кто-то теряет сознание, и становится ясно, что дело не в «притворстве», как пытается утверждать Лилиана. Появляются признаки серьёзного отравления, и ситуация из морального давления превращается в угрозу жизни. Виноградник и дом оказываются на грани катастрофы — теперь интриги имеют реальные последствия.
26	После инцидента Лусиана продолжает в открытую спорить с Лилианой, обвиняя её в жестокости и в том, что она ломает жизнь Марте ещё с детства Лусианы. Неожиданно Грасиэла встаёт на сторону Лусианы и признаёт: характер Лилианы действительно бывает разрушительным, и это нельзя оправдывать прошлым. Дэвид вынуждает Лилиану пообещать, что она изменит поведение, и намекает на «жёсткие меры», если ничего не изменится. Лусиана делится с Мигелем, что добилась для Марты хотя бы минимальной защиты, но сама не верит, что Лилиана способна остановиться.
27	Перла пытается вытащить Хуана из беды и идёт к Дэвиду «с повинной»: заявляет, что именно она заказала нелегальные пестициды. Дэвид задаёт простые уточняющие вопросы и быстро понимает, что Перла врёт и прикрывает Хуана — она даже не может объяснить, как вышла на поставщика. Перла признаётся, что делает это из любви к Хуану, чем окончательно показывает, насколько он ею манипулирует. Хуан тем временем усиливает давление на окружающих, комбинируя лесть, угрозы и шантаж, чтобы не потерять власть и не понести наказание.
28	В лаборатории Лусиана и Мигель сталкиваются с очередным витком ревности: Лусиана болезненно реагирует на присутствие Дэвида с Грасиэлой и на то, что Дэвид просит Лусиану обучать Грасиэлу «тонкостям» виноградника. Грасиэла заваливает Лусиану вопросами намеренно — ей важно унизить и вывести соперницу из равновесия. Напряжение между Дэвидом и Мигелем выходит на уровень открытого соперничества: оба всё меньше скрывают, что борются не только за виноградник, но и за Лусиану.

Номер серии	Описание серии
29	Лусиана признаётся Сьюзан, что Давид для неё — «всё», но он недосягаем. Хуан возвращается на ранчо и жёстко прижимает Пэрлу за её воровство/махинации, ставя ультиматум. Давид просит Грасиэлу держаться на расстоянии, чтобы не провоцировать лишние разговоры и конфликты. Лилиан давит на Гутьерреса из-за денег и угроз, а параллельно пытается использовать Брайана как рычаг влияния.
30	Лилиан продолжает шантажировать Брайана: напоминает про судебный иск/компенсации и добивается, чтобы он «решил вопрос» с документами и работой Лусианы. Брайан упирается и объясняет, что он не всесилен и не может мгновенно «закрыть» проблему. Давление Лилиан становится всё агрессивнее: она намекает на последствия для него и для семьи Марты.
31	Давид и Лусиана снова сталкиваются из-за её статуса и будущего: он пытается говорить о безопасности и решениях, она болезненно воспринимает любые «подачки» и жалость. Грасиэла всё явственнее чувствует соперницу и старается показать, что «место рядом с Давидом» принадлежит ей. Лилиан усиливает давление: нападает на Марту и пытается через угрозы и деньги подчинить себе ситуацию. В параллельных линиях нарастают интриги вокруг Марка/Сьюзан и опасных дел Хуана с нелегалами.
32	Грасиэла открыто задевает Лусиану и провоцирует конфликт, демонстративно намекая на близость с Давидом. Давид вынужден «разруливать» напряжение в доме и на винограднике, но личная жизнь всё сильнее мешает делам. Лилиан продолжает наступление на Брайана, пытаясь добиться нужных ей решений через давление и страх. Вокруг Хуана и его схемы с рабочими становится всё тревожнее: риск разоблачения растёт.
33	Лусиана пытается держать дистанцию и не давать поводов для очередного скандала, но любые её шаги воспринимаются Грасиэлой как вызов. Давид всё чаще оказывается между чувством, ответственностью и «правилами» семьи. Мигель болезненно переживает происходящее и реагирует на любое сближение Лусианы и Давида. Параллельно усиливаются интриги Лилиан и нарастают опасности вокруг незаконных работников и людей Хуана.
34	Конфликтный треугольник Лусиана—Давид—Грасиэла становится публичнее: Грасиэла играет на эмоциях Давида и пытается закрепить за собой роль «хозяйки дома». Лусиана ищет поддержку у близких и старается не разрушить отношения с Мигелем окончательно. Лилиан продолжает действовать через угрозы и деньги, разжигая напряжение в окружении Марты. На заднем плане крепнет линия с нелегалами: участники схемы всё больше нервничают из-за возможной проверки.
35	Лусиана пытается принять решение, которое никого не разрушит, но каждый её выбор ранит кого-то из мужчин. Давид всё явственнее показывает, что ему небезразлична Лусиана, несмотря на попытки «держать лицо» и говорить о приоритетах. Грасиэла действует тоньше: не только ревнует, но и подстраивает ситуации, где Лусиана выглядит «лишней». Параллельно продолжаются интриги Лилиан и растёт нервозность у Хуана и его сообщников.
36	Линии романа и давления со стороны семьи усиливаются: Лусиану подталкивают к «удобному» выбору, а Давид борется между тем, что правильно, и тем, чего хочет сердце. Грасиэла наращивает влияние через манипуляции и разговоры о ребёнке. Мигель пытается удержаться рядом с Лусианой, хотя понимает, что её чувства меняются. На фоне этого продолжают разворачиваться опасные дела Хуана и проблемы с документами.
37	Марта подталкивает Лусиану быть честной в первую очередь с собой: уходить в полумеры уже невозможно. Вопрос с разрешением на работу/визой по-прежнему давит, и становится ясно, что «быстрых чудес» не будет. Давид всё чаще берёт на себя инициативу, но каждый его шаг вызывает новую волну ревности и подозрений. Схема Хуана и Пэрлы с нелегалами продолжает трещать: условия ухудшаются, риск разоблачения растёт.
38	Напряжение вокруг документов Лусианы и её будущего достигает точки, когда любые «решения» выглядят ловушкой. Давид пытается действовать так, чтобы никого не сломать, но его забота воспринимается по-разному: как поддержка и как давление. Грасиэла продолжает вести свою игру, пытаясь закрепить за собой Давида и «семейный статус». На фоне этого у Хуана усиливаются проблемы с удержанием людей и скрытием следов преступления.
39	Личные разговоры переходят в острые столкновения: Лусиана и Давид пытаются расставить границы, но чувства постоянно прорываются наружу. Мигель всё тяжелее переносит ситуацию и ищет выход, который не унизит его достоинство. Грасиэла демонстрирует собственническую позицию и пытается выставить Лусиану виноватой в семейных конфликтах. Параллельно интриги Лилиан и преступная линия Хуана подбрасывают новые риски.
40	Гутьеррес пытается сблизиться с Мартой и вернуть влияние, но её доверие уже сломано — любые его слова воспринимаются как манипуляция. Давид продолжает переживать за Лусиану и её документы, но не может сделать всё «по щелчку». Грасиэла, чувствуя шаткость положения, усиливает давление через тему семьи и ребёнка. На заднем плане растут угрозы из-за нелегальных работников и возможных проверок.
41	Лусиана напрямую сталкивается с Давидом из-за его отношения к Бобби и того, как он распоряжается своим временем и вниманием. Грасиэла просит «день с Бобби» и одновременно всё сильнее ревнует к Лусиане, подозревая, что Давид влюбляется. Давид пытается удержать порядок, но напряжение в доме только растёт. Параллельно продолжаются интриги и любовные недосказанности в линиях Сони и Марка.
42	Тано в панике зовёт Марту и Лусиану: он уверен, что Давид «похитил» Бобби, но вскоре становится ясно, что мальчик просто исчез. Давид и Грасиэла срываются в тяжёлую ссору: он обвиняет её в том, что она не справляется как мать, и говорит страшные вещи. Марта и Лусиана подключаются к поискам, а чувство вины у Давида усиливается. Дом и виноградник оказываются на грани нервного срыва.
43	Давид и Грасиэла решают, что Бобби нужно отправить в школу-интернат, и начинают готовить почву — но это решение вызывает сопротивление и новые конфликты. Фернанда пытается докопаться до деталей личной жизни Грасиэлы и подозревает, что та скрывает важное (вплоть до темы контрацепции). В преступной линии Карито и Пэрла обсуждают Хуана и последствия того, что происходит с нелегалами; Адольфо выражает поддержку Пэрле. Напряжение из-за риска разоблачения нарастает.
44	Бобби показывает характер и ясно даёт понять, что не хочет ни интерната, ни решений «за него». Давид и Грасиэла продолжают давить, но это только усиливает отчуждение ребёнка и взрывает атмосферу в доме. Марта не пускает Гутьерреса в свою жизнь и закрывает перед ним дверь, демонстрируя, что прошлое не вернётся. Лусиана всё сильнее вовлечена в семейный кризис и пытается защитить мальчика от эмоциональной войны взрослых.
45	Мигель приходит к Лусиане домой, и между ними происходит важный разговор: Лусиана откровенна о своём прошлом и пытается честно обозначить, что она может и чего не может обещать. Мигель, несмотря на боль и ревность, старается удержаться рядом и не разрушить всё окончательно. Их диалог становится точкой, после которой прежние «условности» уже не работают. Напряжение вокруг выбора Лусианы усиливается.
46	Мигель и Лусиана почти сближаются (буквально на грани поцелуя), но Марту это резко обрывает — по её лицу видно, что она категорически не одобряет происходящее. Марта настаивает, чтобы Лусиана пошла к Давиду: тот хочет поговорить с ней. Лусиана сопротивляется, но давление слишком сильное. В итоге личная жизнь превращается в поле боя, где каждый шаг — чья-то уступка и чьё-то унижение.
47	Марта убеждает Лусиану быть прямой в своих чувствах и не жить чужими ожиданиями. Выясняется, что Брайан не сможет помочь с документами (и это никого уже не удивляет). Марта считает, что брак с Мигелем не решит проблему, но Лусиана признаёт: она сказала «да» под давлением, потому что он сделал предложение при всех. Теперь ей нужно понять, как выйти из ловушки, не разрушив людей вокруг.
48	Лусиана и Мигель пытаются удержаться за идею «мы вместе», но параллельно раскрывается страшная сторона схемы Хуана: нелегалов держат в ужасных условиях — жара, запах, нехватка воды и еды, люди болеют. Карито и Пэрла требуют лекарства и элементарные условия, угрожают уйти, но Хуан давит на них и заставляет «успокаивать» людей. Он признаёт, что расходы будут вычтены из их доли — и тем самым ещё сильнее связывает их виной и страхом. Ситуация на грани срыва.
49	Лусиана говорит Давиду, что «не нужно» ничего делать с её визой, но Давид видит, что ситуация критическая. Хуан уверяет, что сделал всё возможное, однако Давид взрывается: он напоминал ему десятки раз, что документы должны быть приоритетом. Давид хочет подключить профильного юриста и лично контролировать дело. Хуан же за спиной откровенно злорадствует, показывая, что саботаж мог быть сознательным.
50	На винограднике накрывает «идеальный шторм» проблем: урожай и логистика под угрозой, все на нервах, а люди держатся буквально на кофе и тепле. На этом фоне Грасиэла, Фернанда и Сониа действуют смелее и резче, чем раньше, пытаясь урвать своё или закрепить влияние. Вокруг Лусианы и Давида сохраняется напряжение, которое мешает решать рабочие вопросы. Атмосфера «всё кипит» становится нормой.
51	Гутьеррес заявляется к Марте и рабочим «помогать» с ситуацией на винограднике, приводя своих людей. Он рассказывает, что расследует историю с нелегальными мигрантами и якобы близок к раскрытию — виновным может грозить до двадцати лет. Фернанда демонстративно его поддерживает и благодарит, а Марта, несмотря на внутренний протест, вынуждена держать лицо и терпеть присутствие человека, который разрушил её жизнь. Его «помощь» ощущается как давление и контроль.
52	Грасиэла решается на откровенный разговор с Давидом и признаётся в чувствах, пытаясь добиться ясности. Давид благодарит за честность, но говорит то же, что говорил и Лусиане: его главный приоритет — дети, и отношений он не потянет. Грасиэла не принимает «правильные слова» и требует признать очевидное — что в его жизни есть другая женщина. Давид не идёт на её условия, и Грасиэла уходит, раздавленная и злая.
53	Мигель пытается поставить Давида на место из-за Лусианы, но Давид отвечает жёстко: Лусиана важна ему как дочь Марты и часть семьи, а чувство вины за документы только усиливает решимость помочь. Марта и Тано вынуждены сдерживать Мигеля, чтобы конфликт не сорвался в драку. Тем временем в «убежище» для нелегалов Карито и Пэрла спорят с Хуаном: люди больны, нужен врач, но Хуан предлагает лишь «успокоить» обещаниями, чтобы выиграть время. Все боятся, что беглянка уже у миграционной службы и цепочка скоро приведёт к разоблачению.
54	В доступном сейчас рекапе этот эпизод отмечен только заголовком и ссылкой «Read more» (полный текст эпизода не отображается в просмотренной выдаче), поэтому без выдумок я не могу достоверно пересказать события серии.
55	В доступном сейчас рекапе этот эпизод отмечен только заголовком и ссылкой «Read more» (полный текст эпизода не отображается в просмотренной выдаче), поэтому без выдумок я не могу достоверно пересказать события серии.
56	В доступном сейчас рекапе этот эпизод отмечен только заголовком и ссылкой «Read more» (полный текст эпизода не отображается в просмотренной выдаче), поэтому без выдумок я не могу достоверно пересказать события серии.
57	В доступном сейчас рекапе этот эпизод отмечен только заголовком и ссылкой «Read more» (полный текст эпизода не отображается в просмотренной выдаче), поэтому без выдумок я не могу достоверно пересказать события серии.
58	В доступном сейчас рекапе этот эпизод отмечен только заголовком и ссылкой «Read more» (полный текст эпизода не отображается в просмотренной выдаче), поэтому без выдумок я не могу достоверно пересказать события серии.
59	В доступном сейчас рекапе этот эпизод отмечен только заголовком и ссылкой «Read more» (полный текст эпизода не отображается в просмотренной выдаче), поэтому без выдумок я не могу достоверно пересказать события серии.
60	В доступном сейчас рекапе этот эпизод отмечен только заголовком и ссылкой «Read more» (полный текст эпизода не отображается в просмотренной выдаче), поэтому без выдумок я не могу достоверно пересказать события серии.
61	Гутьеррес приходит к дому рабочих поговорить с Мартой, но она в ярости и выгоняет его, не желая иметь с ним ничего общего. Появляется Леон и пытается наброситься на Гутьерреса, но Мигель удерживает его, чтобы не довести до драки. Гутьеррес уходит, а Марта, Лусиана и Леон остаются вместе, пытаясь пережить очередной удар. Лусиана говорит Мигелю, что ей нужно поговорить с Давидом — напряжение выходит на новый уровень.
62	На фоне расследования всплывает эпизод с Марком и Сьюзан: появляется Мигель с Тано, звучат угрозы, Марк пытается выкрутиться и переложить вину. Приходит Сесар с адвокатом, затем подтягивается полиция — Марк сбегает. Сьюзан говорят, что ей придётся дать показания в участке, и она уезжает вместе с ними. Хуан паникует из-за двух параллельных расследований, а Марк звонит ему и требует срочно исчезнуть, потому что полиция теперь идёт и по его следу.
63	Грасиэла усиливает попытки «привязать» Давида к себе и ведёт себя всё более навязчиво и провокационно. На другом фронте Пэрла и Хуан сцепляются из-за их опасной схемы: Хуан меняет планы и заявляет, что остаётся, что для Пэрлы звучит как предательство и трусость. Пэрла давит на него и фактически угрожает, требуя действовать по её правилам. Хуан остаётся в одиночестве и понимает, что почва уходит из-под ног — сеть вокруг них сжимается.
64	Грасиэла возвращается за Бобби и находит его спрятавшимся под кроватью — мальчик в отчаянии говорит, что не хочет в интернат. Лусиана не понимает, почему Бобби сорвался, а Давид мучается сомнениями, не травмировала ли его церемония и вся эта «семейная постановка». Рабочие помогают искать мальчика, и Давид чувствует себя идиотом и виноватым: он вспоминает, как ушёл с Грасиэлой в момент, когда Бобби хотел играть. Тема интерната превращается в символ того, как взрослые ломают ребёнка.
65	Серия проходит в режиме «хаоса»: ссоры в парах и между «не-парами», обыски, угрозы и взаимные обвинения накладываются одно на другое. Кто-то пытается скрыть следы, кто-то чувствует вину, а кто-то — злость и желание отомстить. На фоне этого звучит мотив «всё вращается вокруг Бобби» (почти для всех), а для Грасиэлы — вокруг Давида. События быстро сменяют друг друга, показывая, что прежние договорённости уже не работают.
66	Давид и Лусиана говорят о Бобби и его состоянии, но разговор неизбежно становится личным: Давид видит, что Лусиана подавлена, и пытается понять, что происходит. Лусиана упоминает Мигеля и свои внутренние проблемы, но тут же хочет закрыться, понимая, насколько опасно это обсуждать. Давид прямо спрашивает, забыла ли она то, что чувствовала к нему, и признаётся, что сам забыть не может. Он говорит, что должен «исправить некоторые вещи», но так, чтобы никому не причинить боль — и это звучит как начало реального выбора.
67	Мигель и Эрика случайно попадаются Давиду на глаза в городе, и Давид реагирует холодно и ревниво. Уходя, он «передаёт привет» отцу Эрики, подчёркивая дистанцию и своё недовольство. Эрика удивлена — не понимает, в чём проблема, а Мигель вынужден признать, что Давиду явно неприятно видеть их вместе. Они прощаются, и Мигель возвращается к делам, но напряжение между всеми сторонами только усиливается.
68	Давид жёстко заявляет Мигелю: он любил Лусиану и будет за неё бороться. Мигель отвечает, что не сделает это лёгким, но в итоге принимает решение уйти и буквально выходит за дверь, фиксируя разрыв. Лилиан пытается наладить контакт с Бобби (приносит печенье, ищет «общую тему»), но мальчику это неинтересно: Марта уже позаботилась о нём, а Лилиан не находит подхода. Она уходит раздражённой, понимая, что «быстро стать своей» в этой семье не получится.

Номер серии	Название серии	Описание серии
69	Лусиана и Мигель заканчивают отношения (Luciana y Miguel terminan su relación)	Лусиана решается поставить точку в помолвке и честно признаёт Мигелю, что не может продолжать отношения. Для Мигеля это становится болезненным ударом: он понимает, что теряет любимую женщину, и переживает разрыв тяжело и эмоционально. Вокруг их расставания начинают сгущаться интриги и давление со стороны семьи и врагов, которым выгодно, чтобы Лусиана оказалась одна и без поддержки.
70	Марта сомневается в чувствах Давида к Лусиане (Marta cuestiona los sentimientos de David por Luciana)	Лусиана делится с Сусан своими страхами: ей больно от мысли, что Мигель может навсегда вычеркнуть её из жизни, хотя она хотела бы сохранить хотя бы дружбу. Марта, тревожась за дочь, напрямую спрашивает Давида о его намерениях и предупреждает, что Лусиана запуталась в собственных чувствах и может сломаться. Давид отвечает, что Лусиана перевернула его мир и стала для него чем-то действительно важным.
71	Мигель уходит с виноградника «Лос-Анджелес» (Miguel renuncia al viñedo de Los Ángeles)	Мигель благодарит Адольфо и Эрику за шанс начать заново и обещает отдать все силы работе на новом винограднике. Он приносит Давиду ключи и окончательно прощается с прежней жизнью: рабочие провожают его и желают удачи, а Рамон принимает на себя ответственность за хозяйство. Мигель просит Леона беречь Лусиану и Марту, а Лусиана наблюдает издалека, понимая, что их отношения уже никогда не будут прежними.
72	Давид соперничает с Мигелем и в вине, и в любви (David compite con Miguel por el vino y por Luciana)	Давид требует от Сусан, чтобы следующий выпуск вина стал лучшим в истории «Лос-Анджелеса», и предлагает вместе с Лусианой сделать ставку на органическое производство. Сусан быстро понимает истинную причину его азарта: он хочет обойти «Санта-Барбару», куда ушёл Мигель, и в профессиональном, и в личном смысле. Давид честно признаёт, что его борьба — и за вино, и за Лусиану, а Сусан предупреждает: нельзя превращать чувства в разрушительную одержимость.
73	Соня начинает чувствовать к Леону нечто большее (Sonia comienza a sentir algo por León)	Давид и Лусиана больше не скрывают взаимного притяжения: их разговор заканчивается поцелуем, который для Лусианы становится знаком надежды на новую, более счастливую главу. Пара решает сосредоточиться на общей цели — новом органическом вине — и работать вместе, шаг за шагом сближаясь ещё сильнее. Тем временем Соня находит записку-загадку и уверяется, что это знак внимания от Леона — и впервые позволяет себе признать, что ей это приятно.
74	Мигель просит Лусиану не отдаляться (Miguel pide a Luciana que no se aleje)	После болезненного разрыва Мигель пытается удержать Лусиану рядом хотя бы эмоционально и просит её не исчезать из его жизни окончательно. Для Лусианы это становится очередным испытанием: ей нужно быть честной, но при этом не ранить Мигеля ещё сильнее. В их окружении напряжение растёт — каждый их шаг мгновенно становится поводом для чужих манипуляций.
75	Давид рушит планы Хуана (David arruina los planes de Juan)	Хуан запускает очередную комбинацию, рассчитывая ударить по Давиду через слабые места виноградника и семьи. Но Давид вовремя вмешивается и ломает замысел противника, вынуждая Хуана искать новый путь к мести. Их противостояние становится всё более личным, и вражда постепенно втягивает в себя всё больше людей вокруг.
76	Леон бросает вызов своей сестре Лусиане (León enfrenta a su hermana Luciana)	Леон не выдерживает накала событий и напрямую сталкивает Лусиану с последствиями её решений. Он требует от сестры ясности: слишком много сердец и судеб оказываются задеты в её истории с Мигелем и Давидом. Для Лусианы разговор с Леоном становится болезненным, но необходимым шагом к тому, чтобы перестать убегать от правды.
77	Давид жаждет мести (David tiene sed de venganza)	Давид всё меньше верит в случайности и всё больше убеждается, что вокруг него действует враг. Он концентрируется на том, чтобы найти уязвимость Хуана и нанести ответный удар. Его решимость пугает близких: месть может разрушить не только врагов, но и его собственную жизнь.
78	Лусиана взрывается из-за оскорблений Фернанды (Luciana explota ante los insultos de Fernanda)	Фернанда позволяет себе унизительные слова и провоцирует Лусиану. Лусиана, устав от постоянного давления, отвечает резко и открыто, показывая, что больше не будет молча терпеть. Эта вспышка обостряет отношения в доме и даёт противникам новый повод раскачать конфликт.
79	Давид прощает Лусиану (David perdona a Luciana)	Давид делает шаг навстречу и решает отпустить обиды, которые копились между ним и Лусианой. Для Лусианы это шанс начать всё по-новому — без постоянного чувства вины и оправданий. Но их примирение раздражает тех, кто мечтает разорвать их связь любой ценой.
80	Лусиана узнаёт ложь Мигеля (Luciana descubre la mentira de Miguel)	Лусиана сталкивается с фактом, который доказывает: Мигель говорил ей неправду. Это открытие меняет её взгляд на прошлое и заставляет усомниться в том, насколько честными были их отношения. Для Мигеля правда становится угрозой — он рискует потерять не только Лусиану, но и доверие окружающих.
81	Давид находит мать Грасиэлы (David descubre a la madre de Graciela)	Давид узнаёт важную деталь о прошлом Грасиэлы и выходит на след её матери. Новая информация помогает понять, почему Грасиэла действует именно так и какие страхи ею движут. Для Давида это — ещё один кусок пазла, который приближает его к истине о семье и давних тайнах.
82	Давид узнаёт, что Лилиан и Хуан — любовники (David descubre que Lilian y Juan son amantes)	Давид получает доказательство связи Лилиан и Хуана — той самой, которая объясняет их согласованную жестокость. Открытие не только шокирует его, но и даёт сильный рычаг против врагов. Теперь Давид понимает: против него работает не один человек, а целый союз, построенный на лжи и выгоде.
83	Фернанда начинает чувствовать давление (Fernanda comienza a sentirse presionada)	Фернанда оказывается в ситуации, где на неё давят ожидания семьи и напряжённая атмосфера вокруг. Она чувствует, что любое её решение становится поводом для контроля и обвинений. Под этим прессом Фернанда начинает срываться и совершать шаги, которые могут навредить ей самой.
84	Мигель делает Давиду предложение (Miguel hace una propuesta a David)	Мигель решает действовать прямо и предлагает Давиду вариант, который может изменить их противостояние. Для Давида это непростой момент: любое соглашение с Мигелем затрагивает и работу, и личные чувства. Вопрос становится принципиальным — уступить или идти до конца.
85	Грасиэла ранит Лусиану (Graciela lastima a Luciana)	Грасиэла наносит Лусиане удар — словами или поступком, который оставляет глубокую боль. Для Лусианы это очередное подтверждение: Грасиэла не остановится, пока не добьётся своего. Конфликт между ними становится всё более открытым и опасным.
86	Марта вступает в противостояние с Давидом (Marta enfrenta a David)	Марта, защищая Лусиану, перестаёт быть наблюдателем и прямо сталкивается с Давидом. Она требует, чтобы он осознал последствия своих решений для Лусианы и семьи. Для Давида это болезненный разговор, который заставляет его признать: одних чувств недостаточно, если вокруг — война интриг.
87	Давид выгоняет Лилиан и Грасиэлу из дома (David corre de la casa a Lilian y Graciela)	Давид принимает жёсткое решение и выдворяет Лилиан и Грасиэлу, показывая, что больше не будет терпеть их влияние рядом. Этот шаг меняет баланс сил: враги теряют контроль над частью пространства Давида, но их ненависть становится ещё острее. В доме наступает короткая передышка, за которой может последовать ответный удар.
88	Эрика подозревает свою мать (Ericka sospecha de su madre)	Эрика начинает сомневаться в честности собственной матери и замечает тревожные несостыковки. Подозрение заставляет её внимательнее присматриваться к тому, что происходит вокруг виноградников и сделок. С этого момента Эрика понимает: угроза может исходить не только от явных врагов.
89	Давид уходит (David se va)	Давид покидает дом или виноградник, и его отсутствие сразу становится критическим фактором для всех вокруг. Те, кто зависел от его решений, оказываются в неопределённости. А враги воспринимают это как шанс ускорить свои планы.
90	Хуан теряет сознание (Juan se desmaya)	С Хуаном происходит резкий срыв — он падает в обморок, и это меняет динамику вражды. Окружение Хуана вынуждено реагировать, скрывая или, наоборот, используя его слабость. Для противников это может стать сигналом: давление на него начинает работать.
91	Хуан видит сон о Лусиане (Juan sueña con Luciana)	Хуан одержим Лусианой настолько, что даже во сне вновь и вновь возвращается к ней. Его навязчивость усиливает опасность: он может перейти грань ради желания обладать и контролировать. Сон становится отражением его истинных намерений и скрытых фантазий.
92	Давид и Лусиана клянутся в любви (David y Luciana se juran amor)	Давид и Лусиана подтверждают свои чувства и дают друг другу обещание быть вместе, несмотря на давление извне. Их связь становится сильнее — и одновременно заметнее для врагов. Любое публичное проявление их любви превращается в мишень для интриг.
93	Давида захватывают (David es capturado)	Давид попадает в ловушку и оказывается в руках тех, кто хочет его запугать или сломать. Исчезновение Давида мгновенно вызывает паническую реакцию у близких и становится шансом для врагов продвинуться дальше. Ситуация показывает: борьба перешла в опасную фазу.
94	Мигель оказывается на свободе (Miguel queda libre)	Мигель получает свободу действий и возвращается в игру в тот момент, когда всем кажется, что кризис достиг пика. Его появление влияет на решения и Лусианы, и Давида, и их окружения. Теперь каждый шаг Мигеля может переломить ситуацию — в любую сторону.
95	Давид принимает решение (David toma una decisión)	Давид делает выбор, от которого зависит не только его личная жизнь, но и безопасность виноградника. Он понимает, что отсидеться не получится, и нужно действовать решительно. Это решение запускает цепочку последствий для всех сторон конфликта.
96	Грасиэла не хочет, чтобы Давид уезжал (Graciela no quiere que David se vaya)	Грасиэла отчаянно пытается удержать Давида рядом, понимая, что его уход разрушит её планы и ослабит её влияние. Она усиливает давление, используя детей, чувство долга и любые эмоциональные рычаги. Для Давида это становится ещё одним доказательством: рядом с Грасиэлой он всё чаще теряет свободу выбора.
97	Лусиана ставит Фернанде предел (Luciana le pone un alto a Fernanda)	Лусиана решает прекратить провокации Фернанды и даёт понять, что больше не позволит собой манипулировать. Это столкновение делает атмосферу в доме ещё более напряжённой. Фернанда понимает, что привычные методы давления больше не работают.
98	Давид ставит Хуану предел (David pone un alto a Juan)	Давид прямо останавливает Хуана и демонстрирует, что не позволит тому безнаказанно продолжать свои игры. Для Хуана это унижение и сигнал, что Давид начал видеть его истинную сущность. Конфликт выходит на новый уровень — теперь это открытая война воли.
99	Лусиана помогает Давиду решить проблему с водой (Luciana ayuda a David a resolver el problema del agua)	На винограднике возникает серьёзная проблема, угрожающая урожаю, и Лусиана подключается к поиску решения. Вместе с Давидом она помогает разобраться с ситуацией вокруг воды, чтобы хозяйство не понесло потерь. Их совместная работа снова сближает их и показывает, что как команда они сильнее любых интриг.
100	Давид и Лусиана занимаются любовью (David hace el amor con Luciana)	Отношения Давида и Лусианы переходят в новую, интимную фазу. Их близость становится не просто признанием чувств, а точкой невозврата: теперь их связь куда сложнее скрывать и защищать. Это даёт врагам дополнительный стимул вмешаться и разрушить их счастье.
101	Лусиана проживает свою большую любовь с Давидом (Luciana vive su gran amor con David)	Лусиана позволяет себе быть счастливой рядом с Давидом и перестаёт оглядываться на страхи прошлого. Их чувства становятся очевидными, и они пытаются удержать этот хрупкий мир хотя бы на короткое время. Но вокруг слишком много людей, которые не собираются отпускать их к спокойной жизни.
102	Хуан добывает образцы вина Давида (Juan consigue las muestras de vino de David)	Хуан получает доступ к образцам вина Давида — и это открывает ему путь к новым махинациям. Теперь он может вмешаться в процесс, подставить Давида или украсть технологические решения. Для Давида это означает, что война переходит на уровень производства и репутации.
103	Хуан обвиняет Давида в несчастье Фернанды (Juan culpa a David de la desgracia de Fernanda)	Хуан манипулирует ситуацией и пытается сделать Давида виновником проблем Фернанды. Его цель — разрушить доверие к Давиду и вызвать к нему ненависть в семье. Давид оказывается под моральным ударом и вынужден защищаться от обвинений, которые построены на лжи.
104	Отца Фернанды мучают Давида (David es torturado por el padre de Fernanda)	Отец Фернанды устраивает Давиду жестокое испытание, доводя ситуацию до физической и психологической угрозы. Давид понимает, что чужая ярость может быть опаснее любых интриг — здесь нет правил и договорённостей. Этот эпизод оставляет след и меняет отношение Давида к риску и защите близких.
105	Лилиан сделает всё, чтобы победить (Lilian hará lo imposible por ganar)	Лилиан окончательно сбрасывает маски и показывает, что для победы ей не нужны границы. Она готова на подлости, угрозы и разрушение чужих отношений, лишь бы добиться своего. Чем дальше она заходит, тем очевиднее: остановить её можно только силой фактов и решительных действий.
106	Хуан готовит покушение (Juan prepara un atentado)	Хуан переходит к опасной фазе и планирует нападение, которое может обернуться трагедией. Он действует скрытно, стараясь, чтобы у него не осталось следов. Вокруг Давида и Лусианы нарастает ощущение неминуемой угрозы.
107	Хуан прячет грех своего прошлого (Juan esconde el pecado de su pasado)	Становится ясно, что у Хуана есть тёмная тайна, которую он отчаянно скрывает. Страх разоблачения подталкивает его к ещё более грязным шагам. Эта скрытая правда может стать тем самым рычагом, который уничтожит его власть и влияние.
108	Карито объединяется с Хуаном (Carito se alía con Juan)	Карито оказывается рядом с Хуаном — по расчёту, вынужденно или из-за шантажа, — и это меняет расстановку сил. Для окружения это выглядит как предательство, а для Хуана — как удобный инструмент. Вопрос в том, насколько далеко зайдёт Карито и сможет ли она вырваться из этой связи.
109	Лусиана пытается забыть Давида (Luciana intenta olvidar a David)	Лусиана делает попытку разорвать внутреннюю зависимость от Давида и убедить себя, что нужно двигаться дальше. Ей тяжело, потому что чувства не исчезают по приказу. Эта борьба с собой становится для неё не менее мучительной, чем внешние интриги.
110	Давид не может забыть Лусиану (David no puede olvidar a Luciana)	Давид осознаёт, что сколько бы он ни пытался быть «правильным» и держаться ради детей, Лусиана остаётся его главной болью. Он мучается воспоминаниями и понимает, что любое решение приносит потери. Чем сильнее он подавляет чувства, тем опаснее становится его внутренний разлом.
111	Давид готов соблазнить Грасиэлу (David está dispuesto a seducir a Graciela)	Давид рассматривает рискованный план: приблизиться к Грасиэле настолько, чтобы управлять ситуацией и защитить своё. Это морально тяжёлый шаг — игра на чувствах может разрушить всех участников. Но Давид понимает: против него действуют безжалостно, и мягкость здесь не спасает.
112	Хуан приказывает сжечь виноградник Давида (Juan ordena quemar el viñedo de David)	Хуан отдаёт приказ уничтожить виноградник Давида огнём — ударить по самому сердцу его жизни и делу. Это уже не интрига, а прямое разрушение, способное оставить людей без работы и будущего. Давид оказывается перед угрозой потерять всё, что строил годами.
113	Грасиэла мешает Хуану поджечь дом (Graciela evita que Juan incendie la casa)	В критический момент Грасиэла вмешивается и не даёт Хуану довести поджог до конца. Её поступок выглядит неожиданным: она словно показывает, что у неё есть граница, которую она не готова переступить. Но даже этот «стоп» не означает мира — напряжение только растёт.
114	Лусиана чувствует, что Давид вторгается в её жизнь (Luciana se siente invadida por David)	Лусиана ощущает, что присутствие Давида становится слишком давящим и заполняет её пространство — даже когда она пытается отойти. Ей нужно восстановить границы, иначе она потеряет контроль над собой. Это приводит к эмоциональному столкновению и ещё большей внутренней путанице.
115	Давид отвергает помощь Грасиэлы (David rechaza la ayuda de Graciela)	Грасиэла предлагает Давиду поддержку, но Давид отказывается, понимая, что за «помощью» может скрываться новая зависимость. Он не хочет быть обязанным человеку, который уже не раз пытался контролировать его жизнь. Отказ усиливает конфликт между ними и делает Грасиэлу ещё более опасной в стремлении добиться своего.
116	Грасиэла разоблачает Хуана (Graciela desenmascara a Juan)	Грасиэла выводит Хуана на чистую воду, обнажая его истинные намерения и игры. Это меняет восприятие Хуана в глазах окружающих и подрывает его позиции. Но разоблачение также делает Грасиэлу участницей опасной войны: теперь Хуан может переключить ярость на неё.
117	Давид решает отдалиться от Лусианы (David decide alejarse de Luciana)	Давид приходит к мучительному выводу: вместе с Лусианой им уже «не дают жить», и он начинает убеждать себя, что должен отойти навсегда. Грасиэла продолжает давить на Лусиану и мечтает вытеснить её из дома окончательно, но Лусиана уверяет: как бы ни старалась Грасиэла, Давид её не выгонит. Параллельно Мигель радуется помолвке с Эрикой и приглашает друзей на свадьбу, а Лусиана узнаёт об этом и понимает, что прошлое закрывается окончательно. Давид, несмотря на уговоры Сесара бороться за любовь, решает остаться рядом с детьми и «освободить» Лусиану от себя.
118	Эрика мертва (Erica está muerta)	Эрика решает действовать быстро, чтобы спасти виноградники от чумы, и идёт на риск ради результата. Сусан убеждает её, что нужно срочно остановить заражение; параллельно Карито хочет раскрыть Давиду, что именно Хуан способен на саботаж, но Перла умоляет «не трогать» Хуана. Хуан пытается торговаться с Давидом, пользуясь бедствием: предлагает «спасти» земли и выкупить их, пока они не обесценились, но Давид отказывается. Рабочим удаётся взять ситуацию под контроль, однако напряжение не спадает: Хуан не прекращает войну, а последствия рискованных действий Эрики становятся ещё одним ударом по всем.

Номер серии	Описание серии
119	Последствия «атаки» на виноградники бьют по всем: производство буксует, люди спорят о том, кто виноват и как спасать урожай. Давид пытается действовать рационально и выстроить план спасения, но вокруг него усиливается давление — Лилиан и Грасиэла подталкивают к решениям, выгодным им. Лусиана держится изо всех сил: ей приходится одновременно поддерживать Марты и семью, не показывая, как сильно её ломает происходящее. Мигель, переживая собственные потери и вину, старается быть рядом и не давить на Лусиану, но его чувства становятся всё заметнее. А Хуан, скрываясь и дергая за ниточки, наблюдает, как хаос растёт, и готовит следующий шаг.
120	Кризис в виноградниках заставляет всех выбирать сторону: одни готовы работать до изнеможения, другие ищут, на кого переложить ответственность. Давид сталкивается с тем, что любые меры дают результат не сразу, и люди начинают терять веру в руководство. Лусиана пытается удержать коллектив и не допустить паники, одновременно защищая тех, кого легко сделать «крайними». Мигель находит способ помочь делом, но понимает: любые его шаги могут быть восприняты как попытка приблизиться к Лусиане. На фоне производственного напряжения Грасиэла усиливает игру на публику — демонстрирует «идеальную невесту», хотя внутри её нарастает тревога из-за Хуана.
121	Ситуация резко обостряется: очередной удар судьбы лишает Лусиану почвы под ногами и превращает её жизнь в сплошную борьбу за выживание — эмоциональное и практическое. Мигель переживает собственный переломный момент и окончательно понимает, что прежняя «нормальность» не вернётся. Давид, пытаясь удержать семью и бизнес, всё чаще действует на автопилоте, соглашаясь на удобные решения, лишь бы не разбираться с болью. Лилиан использует момент, чтобы укрепить контроль над домом и детьми. А Грасиэла, видя, что Давид становится всё более отстранённым, решает ускорять подготовку к свадьбе — пока обстоятельства не развернулись против неё.
122	Потеря оставляет в доме Давида пустоту, которую каждый заполняет по-своему: кто-то молчит, кто-то злится, кто-то прячется в работе. Лусиана держится ради Марты и близких, но любое напоминание о прошлом ранит. Мигель пытается быть опорой, не подменяя поддержку настойчивостью, и впервые прямо обозначает: он рядом не из чувства долга. Давид разрывается между обязанностями и внутренним желанием всё бросить, но ответственность за детей не даёт ему исчезнуть. Грасиэла ловит момент: она мягко подталкивает Давида к мысли, что «семье нужна стабильность», и начинает говорить о свадьбе как о единственном способе «собрать всё заново».
123	Лусиана принимает тяжёлое решение — отойти от места, где каждый угол хранит боль, и сосредоточиться на деле, которое может дать смысл и движение вперёд. Вокруг неё собираются те, кто реально готов помогать: Мигель, друзья, люди, верящие в её профессионализм. Давид воспринимает отъезд Лусианы как ещё одну утрату и пытается убедить себя, что так «правильно»: меньше соблазнов, меньше вопросов, меньше риска для детей. Лилиан публично поддерживает этот шаг, но на деле радуется: Лусиана дальше — значит, Грасиэле проще закрепиться. А Хуан, почувствовав, что жертвы ослаблены, ищет слабое место, через которое можно ударить сильнее.
124	Пока Лусиана выстраивает новую рабочую реальность, в «старом» доме идёт другая работа — по переписыванию прошлого. Грасиэла с Лилиан пытаются представить Лусиану как временную страницу, которую пора закрыть, и делают ставку на образ «идеальной семьи» перед обществом. Давид всё чаще уходит в дела винодельни, лишь бы не говорить о том, что чувствует. Мигель начинает проявлять заботу не только словами — он помогает Лусиане организовать процессы, поддерживает её решения, но получает от неё важную границу: ей нужно время. Параллельно всплывают следы Хуана — полиция активнее дышит ему в спину, и это заставляет Лилиан нервничать: слишком много нитей тянется к ней.
125	Расследования и юридические процедуры набирают ход: вокруг активов, земли и махинаций Хуана начинают закрываться двери. Давид получает первые сигналы, что дело движется, и на секунду чувствует облегчение — но его быстро глушит мысль о предстоящей свадьбе. Лусиана узнаёт новости и понимает: даже если Хуана поймают, это не вернёт ей украденное спокойствие. Грасиэла, наоборот, считает, что теперь всё можно «дожать» — у Хуана не будет возможности раскрыть её секрет. Но она ошибается: Хуан ищет деньги, а деньги проще всего взять у того, кто больше всего боится правды. Лилиан замечает в Грасиэле признаки паники и начинает контролировать её жёстче.
126	Хуан делает ход из тени: через людей и звонки он проверяет, насколько крепко держится его сеть. Полиция усиливает давление, и каждый контакт становится опасным. Давид пытается действовать на опережение, собирая документы и укрепляя позиции предприятия, но не замечает, что рядом с ним растёт другая угроза — нестабильность Грасиэлы. Лусиана на новом месте сталкивается с тяжёлой задачей: не просто работать, а доказать всем (и себе), что её успех не связан с Давидом. Мигель, видя, как она выгорает, пытается защитить её от лишних ударов, но Лусиана просит не «спасать» её — ей важно стоять на ногах самостоятельно.
127	События вокруг Хуана становятся непредсказуемыми: он понимает, что времени почти нет, и начинает действовать более грубо. Лилиан и Грасиэла вынуждены обсуждать худшие сценарии — что будет, если он заговорит или если его поймают и он начнет торговаться. Давид всё чаще ловит себя на ощущении, что живёт не своей жизнью: дети и дом требуют стабильности, но сердце не соглашается. Лусиана получает предложение/возможность, которое укрепляет её независимость, и это вызывает у Давида сложную смесь гордости, ревности и сожаления. Мигель, видя, что Давид всё ещё «присутствует» в её боли, решает: если он хочет быть рядом — нужно терпение и уважение к её ритму.
128	Винодельня постепенно поднимается, но человеческие отношения рушатся быстрее, чем восстанавливаются лозы. Давид окончательно закрывается от разговоров о прошлом и делает вид, что свадьба — просто «организационный вопрос». Грасиэла усиливает контроль над домом и детьми, стараясь стать незаменимой, но её напряжение прорывается вспышками раздражения. Лилиан, чтобы удержать картину идеальной семьи, подчищает хвосты — контролирует документы и связи. Лусиана, напротив, учится жить без постоянного ожидания удара: она больше в работе, меньше в воспоминаниях. Мигель делает маленький, но важный шаг к ней — не требуя ответов и не превращая поддержку в сделку.
129	Полиция почти выходит на след Хуана, и это вызывает цепную реакцию страхов: Лилиан понимает, что прошлые грехи могут всплыть целиком. Давид получает новости о юридических решениях по имуществу Хуана и впервые за долгое время чувствует, что справедливость возможна. Но одновременно он видит, как Грасиэла «держится на волоске», и начинает задумываться, не совершает ли он ошибку, связывая с ней жизнь. Лусиана узнаёт, что свадьба всё ближе, и старается не позволить этой теме разрушить её новую опору. Мигель прямо говорит, что готов идти рядом столько, сколько ей нужно — без давления и ультиматумов.
130	Трагедия ставит точку в одном из важных второстепенных сюжетов: человек, который мог искупить вину и помочь восстановить справедливость, погибает, и это снова раскачивает всех. Марта переживает сильнейший удар, потому что боль теперь не «где-то рядом», а внутри семьи. Давид осознаёт, что борьба с Хуаном — не просто суды и бумаги: на кону жизни. Лилиан пугается, потому что любое насилие вокруг Хуана может привести к следам, ведущим к ней. Лусиана, узнав о случившемся, хочет быть рядом с Мартой, даже если это означает снова зайти туда, где ей плохо. А Мигель наконец перестаёт скрывать: его забота о Лусиане — не только дружеская.
131	После трагедии каждый начинает говорить правду — хотя бы частично. Марта требует ответов, Давид пытается защитить детей от новых потрясений, а Лилиан ведёт себя так, будто все должны «держать лицо». Грасиэла делает вид, что скорбит вместе со всеми, но внутри её движет одно: лишь бы никто не копал слишком глубоко. Лусиана оказывается между желанием поддержать близких и страхом снова утонуть в прошлом. Мигель помогает ей пройти через это мягко: он рядом, но не перетягивает одеяло на себя. Тем временем полиция сужает круг вокруг Хуана, и он понимает, что надо либо исчезать, либо откусить последний, самый жирный кусок.
132	Дом наполняется «чёрным» — не только трауром, но и тяжёлой атмосферой подозрений. Марта и Лусиана держатся вместе, потому что иначе просто не вынести. Давид снова чувствует себя виноватым за всё: за прошлые решения, за людей, которые пострадали, за то, что не сумел вовремя увидеть угрозу. Лилиан пытается вернуть контроль: запрещает разговоры, давит авторитетом, диктует «как правильно». Грасиэла на этом фоне кажется «идеальной поддержкой», но её поступки становятся всё более нервными: она боится, что в трауре и хаосе кто-то случайно выйдет на след её секрета. Мигель помогает Лусиане не провалиться в отчаяние и делает важное обещание — он не даст ей снова остаться одной.
133	Охота на Хуана входит в решающую фазу: появляются новые свидетельства, новые версии и новые риски. Давид сотрудничает с людьми, которые помогают закрывать юридические и финансовые «дыры», оставленные Хуаном, и понимает: это затронет не только врага, но и тех, кто покрывал его. Лилиан всё чаще попадает в неудобные ситуации: ей приходится оправдываться, а это она ненавидит. Грасиэла, видя, что контроль ускользает, начинает давить на Давида эмоционально — через детей, через разговоры о «семье» и «обязанности». Лусиана старается держаться в стороне, но каждый новый поворот заставляет её признать: эта история всё ещё часть её жизни, нравится ей это или нет.
134	Пока власти и юристы шаг за шагом пережимают Хуану кислород, Давид вынужден перестраивать работу винодельни и распределять обязанности так, чтобы бизнес выжил. Люди постепенно привыкают к новой реальности: меньше романтики — больше дисциплины. Лусиана на расстоянии узнаёт о переменах и понимает, что многое из того будущего, которое они когда-то строили с Давидом, теперь строится без неё. Грасиэла ускоряет подготовку к свадьбе и пытается превратить её в грандиозное событие, где она окончательно станет «хозяйкой жизни». Лилиан, после смерти шерифа, становится ещё более жёсткой и закрытой: она понимает, что любая ошибка может быть последней.
135	Проходит время: винодельня работает уже по-новому, Лусиана помогает развивать отдельный проект и добивается успехов, а до свадьбы Давида и Грасиэлы остаётся неделя. Полиция сообщает Давиду: имущество Хуана арестовано, активы заморожены, а земля должна перейти Давиду в счёт ущерба. Но Хуан не собирается сдаваться: он с Перлой почти без денег и решает добыть крупную сумму шантажом. Он звонит Грасиэле и ставит её перед выбором: либо она платит, либо он расскажет Давиду, что именно она причастна к смерти Лисы. Грасиэла в панике пытается представить это как угрозы про старые махинации, но её состояние выдаёт страх. Параллельно у Леона и Сони вспыхивает серьёзный конфликт: Леон, желая ей добра, отправил её рукопись издателю без разрешения, и Соня чувствует, что он предал её доверие. В финале Давид случайно берёт трубку Грасиэлы и слышит голос Хуана — а Хуан многозначительно предлагает «спросить у невесты, почему он звонит».
136	Хуан продолжает давить на Грасиэлу: звонит с «неизвестных» номеров, намекает, что заберёт своё любой ценой. Давид пытается защитить невесту и требует, чтобы она больше ничего от него не скрывала, но Грасиэла клянётся в честности, хотя уже ведёт двойную игру. Хуан с Перлой обсуждают: им нужно выжить и добыть деньги, но Хуан всё равно одержим местью Давиду. Грасиэла договаривается о передаче денег, одновременно прячет оружие и убеждает себя, что никто не сорвёт её свадьбу. Лусиана и Марта поддерживают друг друга: Лусиана признаёт, что держится благодаря работе и помощи Мигеля, а Марта уговаривает её «решить быть сильной», хотя сама тоже на пределе. Леон пытается исправить ошибку: приходит к Соне с извинениями и доказывает, что уважает её решение, даже если она откажется от публикации — и между ними происходит примирение. В конце Перла приезжает вместо Хуана за деньгами: она требует передать сумму немедленно, Грасиэла отказывается отдавать деньги не ему — разговор быстро превращается в опасную стычку за закрытой дверью.
137	Сделка срывается: вместо «тихого обмена» всё превращается в катастрофу. Хуан получает на телефон доказательство того, что произошло во время встречи, и его накрывает смесь шока, горя и ярости — теперь у него есть то, что может уничтожить Грасиэлу. Давид, не понимая деталей, замечает нервозность невесты и всё чаще ловит в её словах нестыковки. Лилиан пытается быстро «локализовать» скандал и убедить всех, что это очередная провокация Хуана, но в глубине понимает: ситуация выходит из-под контроля. Лусиана узнаёт о новом витке насилия и боится, что рядом с Давидом снова гибнут люди. А Мигель, видя, как Лусиану трясёт, решает быть рядом с ней не только как друг: он открыто говорит, что не отступит, пока она не почувствует себя в безопасности.
138	Грасиэла превращает подготовку к свадьбе в навязчивую идею: ей кажется, что если церемония состоится, то прошлое «перестанет существовать». Она давит на всех — на Лилиан, на персонал, на Давида, на детей — требуя абсолютного подчинения и улыбок. Но страх делает её опасной: она предпринимает шаги, которые должны «закрыть» все угрозы сразу, и в процессе ещё сильнее выдаёт себя. Хуан понимает, что у него есть мощный рычаг, и начинает диктовать условия — теперь он хочет не просто деньги, а полного контроля над тем, что будет дальше. Давид параллельно всё чаще думает о Лусиане: в разговорах с Сьюзан и Рамоном всплывает, что без неё многие решения никогда бы не были приняты правильно. Лусиана пытается удержать дистанцию, но боль от мысли о свадьбе вновь накрывает — и Мигель удерживает её, не позволяя разрушить то, что она заново выстроила.
139	Мигель и Лусиана становятся ближе: он перестаёт быть только «плечом», а она впервые позволяет себе поверить, что счастье возможно без оглядки на Давида. Их разговоры становятся честнее: Лусиана признаётся, что всё ещё боится повторения боли, а Мигель обещает идти рядом медленно и уважать её границы. В доме Давида напряжение растёт: Грасиэла то ласкова до липкости, то срывается, а Лилиан всё чаще действует приказами, а не просьбами. Хуан делает следующий ход — он выходит на контакт так, чтобы его не смогли игнорировать, и намекает, что свадьба может стать идеальной сценой для разоблачения. Давид начинает чувствовать: в его жизни слишком много «случайностей», и он решает внимательнее смотреть на факты, а не на слова.
140	Правда начинает «приходить» не намёками, а фактами: у следствия появляются новые детали, а у Давида — новые сомнения, которые уже нельзя задавить обязанностями. Хуан пытается сыграть последнюю партию, используя компромат, но в итоге сам подталкивает всех к развязке: слишком много людей понимают, что больше нельзя молчать. Лилиан вынуждена защищаться, и в её реакциях становится видно, как много она скрывала годами. Грасиэла пытается удержать Давида любой ценой — через истерики, угрозы, давление на детей, обещания «идеальной жизни». Лусиана узнаёт, что ситуация наконец-то меняется, но не радуется: она понимает, что за правду обычно платят болью. Давид делает выбор — он готов выяснить всё до конца, даже если это разрушит его планы и выставит его самого глупцом в глазах общества.
141	События разворачиваются стремительно: попытки Грасиэлы удержать контроль сыпятся, как карточный домик, потому что доказательства и свидетельства складываются в одну линию. Давид наконец перестаёт оправдывать то, что видел и игнорировал, и признаёт: его страх потерять семью заставлял его принимать ложь за «стабильность». Лилиан сталкивается с последствиями собственной игры — её влияние больше не спасает, а только тянет вниз. Хуан, пытаясь вырвать себе выход, совершает роковые ошибки и теряет возможность диктовать условия. На фоне разоблачений Лусиана возвращается к тем, кого любит, и делает главное: перестаёт жить прошлым, не отрицая его. Мигель принимает её решение без давления — как взрослый человек, который любит и уважает. История закрывается тем, что у честных людей появляется шанс на спокойную жизнь, а у тех, кто разрушал чужие судьбы, наступает расплата за всё сделанное.