| 1 | Сентябрь 1942 года. Сталинград разорван на отдельные «островки» обороны: улицы и кварталы переходят из рук в руки. Немцы непрерывно давят на позиции полка майора Березкина, пытаясь окончательно проломить сопротивление. На этом фоне особой точкой удержания становится Дом № 6 — отрезанный противником, полуразрушенный, но все еще стоящий. Здесь сводная рота капитана Грекова цепляется за каждую комнату и лестничный пролет, превращая дом в крепость, которая держится вопреки окружению и постоянным атакам. |
| 2 | Линия фронта перемежается тыловой реальностью эвакуации. Москвичка Евгения Шапошникова работает в Куйбышеве в конструкторском бюро при Наркомате обороны, но сталкивается с жесткой бюрократией: начальство требует срочно оформить местную прописку, иначе ее уволят за «нарушение паспортного режима». В паспортном столе Евгении отказывают, и ее жизнь превращается в изматывающую борьбу за право просто оставаться на работе. Параллельно бывший муж Евгении — старший батальонный комиссар Крымов — по заданию политуправления ездит по сталинградским позициям с лекциями о международном положении, пытаясь поддерживать «правильный» дух в обстановке, где решает не слово, а выживание. |
| 3 | В Казани, где тоже собралась эвакуация, живет и работает родственник Евгении — физик-ядерщик Виктор Павлович Штрум. Он рядом с женой Людмилой и дочерью Надеждой продолжает научную работу, стараясь удержать нормальность среди военного времени. В дом Штрумов на короткую побывку приезжает пасынок Виктора Павловича — Толя. Его отпуск оказывается прощанием: он направляется на Сталинградский фронт, и уже следующим утром Людмила провожает сына, понимая, что впереди — неизвестность и смертельный риск. |
| 4 | Крымов добирается до расположения Сибирской стрелковой дивизии подполковника Батюка. Вечером, в блиндаже, он читает бойцам лекцию — «официальный» разговор о положении в мире и задачах войны. Но фронтовая действительность пробивается сквозь любые формулы: собравшиеся на лекцию снайперы рассказывают Крымову о собственных удачах и счетах, о том, как выглядит война на их дистанции — в холодной точности и ежедневном напряжении. Крымов все яснее видит разницу между кабинетными словами и тем, чем живет окоп. |
| 5 | Евгения продолжает мучительные попытки добиться прописки в Куйбышеве. Очереди, справки, отказ за отказом доводят ее до отчаяния: на кону не только быт, но и работа, которой она держится. В конце концов вопрос с регистрацией решается положительно — но не «по-хорошему», а через изматывающую систему, где человек вынужден ломаться, чтобы выстоять. Получив долгожданное решение, Евгения не сдерживает накопившегося: устраивает скандал начальнику паспортного стола, выплескивая унижение и злость, которые месяцами приходилось глотать молча. |
| 6 | На другом участке военной машины полковник Новиков командует танковым корпусом на Южном Урале. Вокруг — подготовка к движению на фронт, ответственность за людей и технику, напряжение перед будущими боями. Внутри же командования нарастает конфликт: у Новикова складываются тяжелые отношения с бригадным комиссаром Гетмановым, человеком лицемерным и опасным своей «правильностью». Новикову приходится одновременно думать о предстоящих операциях и выдерживать давление системы, где политическая линия и интриги способны ломать судьбы не хуже вражеских снарядов. |
| 7 | Толя Штрум прибывает в Сталинград и практически сразу попадает в самое пекло — в осажденный Дом № 6, где держится рота капитана Грекова. Внутри дома — своя суровая «организация жизни», где каждый человек на счету, а любая ошибка стоит смерти. Греков, прозванный «управдомом», определяет Толю в разведку к Климову: новичка не жалеют, но и не списывают — ему дают шанс стать своим через дело. В ту же ночь Толя получает первый опыт разведки: страх, неизвестность, темнота и необходимость действовать тихо и точно, потому что вокруг — враг и руины. |
| 8 | Вернувшись из разведки, Толя знакомится с только что прибывшей в Дом № 6 радисткой Катей Венгровой — связью дома с внешним миром и одновременно такой же мишенью, как все остальные. На фоне боев в Сталинграде продолжается и «внутренняя» жизнь эвакуации: в Казани Виктор Штрум не прекращает опыты в филиале ядерной лаборатории. По вечерам он ходит на «посиделки» к своему заместителю Петру Соколову, где собирается прогрессивная часть эвакуированных. Но научные разговоры перемешиваются с личной драмой: Виктор Павлович мучительно осознает, что не может справиться с возникшим чувством к Марье Ивановне — жене Соколова, и это чувство становится для него еще одним испытанием на фоне всеобщей беды. |
| 9 | Танковый корпус Новикова выдвигается к фронту, и железнодорожный состав делает остановку в Куйбышеве. Новиков находит Евгению — разговор получается откровенным и тяжелым: Евгения прямо говорит, что если ее бывшего мужа Крымова посадят, она вернется к нему, как бы ни складывались ее нынешние чувства. Несмотря на это, Новиков делает шаг навстречу и предлагает Евгении выйти за него замуж, пытаясь удержать любовь и опору в мире, где все непрочно. В это же время в Сталинграде Дом № 6 переживает новые атаки: немцы проводят удар за ударом, и Греков ведет остатки роты в рукопашный бой, когда уже не хватает ни патронов, ни сил, а держаться нужно любой ценой. |
| 10 | После очередного боя у Грекова — убитые и раненые. Он принимает решение переправить раненых в расположение полка Березкина, понимая, что иначе дом просто «съест» своих защитников. Однако в штабе армии раздражены тем, что происходит в Доме № 6: там видят «анархию» и самоуправство, а не героическую оборону. Греков игнорирует требования присылать отчеты о боевых действиях — для него важнее спасать людей и удерживать позицию, чем заполнять бумаги под огнем. Тем временем Толя сообщает Кате, что снова пойдет в разведку с Климовым, чтобы организовать переправку раненых. Катя тревожится: она уже понимает цену каждой вылазки и боится, что Толя может не вернуться. |
| 11 | Толя и Климов по подземной трубе пробираются в полк Березкина. Там их встречает жесткая реальность приказов: Березкин сообщает, что есть распоряжение доставить разведчиков в штаб армии. Климов поспешно уходит обратно в Дом № 6 — он нужен там прямо сейчас, — а Толю ведут к командующему армией Чуйкову. Чуйков подробно расспрашивает о «партизанщине» в Доме № 6 — о том, как Греков воюет без оглядки на штабные требования, — и распоряжается направить Штрума в Особый отдел. Но по дороге к начальнику Особого отдела Толя сбегает: он выбирает возвращение в дом и к своим, даже если это сделает его «виновным» в глазах системы. В Казани же Виктор Штрум совершает важное научное открытие, связанное с новым взглядом на природу ядерных сил — его работа начинает приобретать судьбоносный масштаб. |
| 12 | Толя добирается обратно до Дома № 6. Греков объясняет ему страшную правду: формально Толя — дезертир, и от расстрела его может спасти только одно обстоятельство — если это «дезертирство на тот свет», то есть возвращение в дом, где шанс выжить минимален, а значит, речь не о трусости, а о выборе смерти рядом со своими. Дом № 6 принимает новый ожесточенный бой с немцами. В разгаре схватки взрыв немецкой гранаты накрывает Катю Венгрову, и цена удержания дома становится еще более личной и непоправимой. |
