Но выпускной вечер ломает их представления о дружбе и безопасности: после страшного происшествия (из-за которого Таня становится «той самой девочкой, с которой случилась трагедия») прежняя лёгкость исчезает. В одной ночи заканчивается их школьная беззаботность, а на смену ей приходят стыд, страх, растерянность и первое взросление через боль. Девчонки ещё не понимают, насколько надолго это событие зацементирует их судьбы и как по-разному каждая будет спасаться от последствий.

В институте Таня пытается сделать вид, что у неё всё как у всех: ровесники не знают о случившемся, и это ненадолго помогает ей дышать свободнее. У неё появляются новые знакомые, она пробует заново выстроить ежедневность — занятия, разговоры, планы. Но прошлое не отпускает: страхи и внутренняя защита срабатывают в самый неподходящий момент, и Таня понимает, что «начать с чистого листа» не получается просто усилием воли. В это же время остальные девочки продолжают учиться и жить дальше, и разница их траекторий только усиливает отчуждение.

Зоя в институте остаётся собой — отличница, активистка, староста. Внешне у неё всё правильно, но внутри — одиночество: однокурсники её не любят, парни не замечают, и это болезненно бьёт по самолюбию. К тому же Зоя влюбляется — и, как назло, в Макса, главного плейбоя курса, который постоянно подшучивает над её принципами и «правильностью». На фоне Зои Таня выглядит потерянной: она бросила институт почти год назад и теперь ей срочно нужно убедить родителей, что она «нормально учится» и действительно перешла на второй курс. Каждая из девушек пытается удержаться за свою версию будущего — но трещины уже заметны у всех.

Зоя после института выбирает гинекологию: она уже врач, дисциплинированная и холодноватая в общении, почти не пускает людей близко. Дружбы у неё не появляется, личная жизнь не складывается — она всё так же «держит планку», но платит за это одиночеством. Светик после тяжёлого инцидента, связанного с командировками мужа, сталкивается с тем, что его больше никуда не выпускают: он погребён бумажной работой, а Светик злится и ищет виноватого. Когда муж предлагает усыновить ребёнка, Светик воспринимает это как слабость и подаёт на развод. У Шуры тем временем — сыну уже четыре, а прогресса почти нет, как предупреждали врачи. Их школьные обещания и «открытки в будущее» звучат теперь как чужая фантазия.

Вера, много лет не общавшаяся с отцом, неожиданно получает приглашение на его свадьбу. Она воспринимает это как шанс на примирение и идёт на торжество, гадая, кого же он выбрал после долгих лет демонстративного одиночества. В личной жизни Веры тоже перекос: вместо того чтобы «спасти себя», она уже почти год ухаживает за мужем Гурьяном — буквально вытаскивает его с того света после комы; он заново учится ходить, а Вера живёт в режиме бесконечного долга и усталости. Таня к этому времени становится матерью-одиночкой: развод вынуждает её вернуться к родителям и снова учиться жить без иллюзий — только с ребёнком и работой, которая не оставляет времени на слабость.

Таня тем временем три года отрабатывает в наркологической бригаде, выводя людей из запоев, чтобы расплатиться с долгом перед Светиком. Это тяжёлые годы, но они дают Тане ощущение, что она хотя бы контролирует свою жизнь. Наконец Таня может вернуться к любимой работе и снова оказывается в больнице рядом с Зоей. Зоя уже заведующая отделением: сильный профессионал, но как женщина она будто «закрылась» — после истории с коллегой и борьбой за должность она окончательно отказывается от попыток быть счастливой вне работы. Вера оказывается в Германии и не может вернуться: Гурьян лишает её паспорта, удерживая как «собственность», и в таком же положении оказывается его любовница — две женщины в одной клетке, только стены разные.

Вера, воспользовавшись «наследством» Гурьяна, решает начать заново — не сразу счастливо, но хотя бы по собственной воле. Зоя впервые позволяет себе роман с коллегой: она расцветает, влюбляется по-настоящему, ждёт предложения и пугается мысли, что может потерять контроль. Светик остаётся замужем за Гарри: вопреки её ожиданиям он выживает, но прикован к инвалидному креслу. Для Светика это не повод остановиться — наоборот, она продолжает тратить его деньги, а чтобы было удобнее, отправляет парализованного мужа в реабилитационный центр. И именно там пересекаются их линии: в этом центре работает Шура.

Шура формально числится нянечкой в реабилитационном центре, но по сути помогает неходячим больным как массажист: внезапно выясняется, что у неё «целебные руки», и впервые за долгие годы Шура чувствует себя нужной и не бесполезной. Самое главное — её сын встаёт на ноги, и для Шуры это будто возвращение воздуха в лёгкие. Таня все эти годы не видится с Андреем, продолжая его любить, но убеждает себя, что её жертва была не напрасна: у него «всё хорошо», он живёт с семьёй, и Таня не имеет права вмешиваться. Раз в квартал она встречается с его женой — получает деньги за комнату и словно подтверждает себе, что держит дистанцию.

Светик разводится с Гарри и сама фактически предлагает Антону пожениться. В третьем браке она неожиданно ощущает себя счастливой и даже планирует ребёнка — как будто прошлые циничные расчёты, наконец, перестают приносить радость, и ей хочется чего-то настоящего. Жизнь каждой из героинь разворачивается по-своему, но общий смысл становится очевиден: спустя годы боль и ошибки не исчезают, однако иногда всё-таки случается то самое «возвращение шарика» — шанс снова подняться после падения.